– Он будет править по совести. – Утвердительно кивнул вождь клана. – Он с детства видел несправедливость лордов, рано потерял родителей, и был воспитан моей семьёй. Разве этого мало, чтобы убедить тебя в том, что он достоин такой чести?
– Этого вполне достаточно, вождь Вальхар. Я слышал о тебе только хорошее от уважаемых людей. Я удовлетворён твоим ответом. – Харвелл поклонился, и отошёл, понимая, что разговор окончен.
Вождь клана проводил его коренастую фигуру задумчивым взглядом, и ещё раз посмотрел на свой протез. Каждый палец, каждый сустав был сделан старательно, и было сразу заметно, что это выполнено настоящим мастером, всю свою жизнь посвятившим ремеслу кузнеца.
– Искусная работа. – Маркарт посмотрел вслед дядюшке Огри, и воскликнул: – Нам бы пару сотен таких харвеллов, то я бы вышел и против тысячи перманов!
– Да. Наша страна богата крепкими и сильными людьми. – Кивнул Вальхар, невольно улыбаясь своим мыслям.
Права была его жена, как-то сказав, что если бы он не был воином, то наверняка бы стал поэтом. В голове, словно из ниоткуда стали появляться целые строчки, что сами собой рифмовались с предыдущими, и скоро он уже смог бы прочитать несколько куплетов, пока не оконченной баллады, как вдруг, над застывшем в воздухе мареве, как гром среди ясного неба, тяжко и гулко ударил набат.
– Что это? – Удивлённо вскричал воевода Маркарт. – Снова тревога? Мы же ещё вчера крепко ударили им по зубам! Неужели им показалось этого мало?
– Не припомню от перманов такого упорства… – Пробормотал вождь клана, и, повернувшись к телохранителям, отдал приказ: – На стены! Приготовиться к штурму!
Всего несколько быстрых шагов, и он уже поднимался по широкой каменной лестнице на стену. Ему представилось, что он пересекает какую-то границу, грань, делящую мир на две половины. На одной стороне счастье и радость, на другой война и смерть. Казалось, что и воздух здесь какой-то другой, отличающийся от воздуха в глубине замка. Тяжёлый, щедро пропитанный запахами крови, пота и железа. Едва вдохнув его, любому становилось понятно, что забыть это невозможно, и если посчастливиться пережить осаду, то это будет являться долго, почти всю жизнь, в кошмарах, заставляя сердце рвать рёбра груди, и просыпаться в холодном поту не понимая, где находишься.
– Что же их так взбудоражило? – Попытался перекричать нарастающий шум Маркарт, глядя на опушку старого, дремучего леса, где расположился лагерь варваров.
Там происходило что-то непонятное, плохо различимое, то, что невозможно описать словами. За клубами дыма можно было разглядеть сумасшедшую суматоху. Перманы строились в ряды, рвались куда-то вперёд, от замка, и тут же рассыпались в мелкие кучки, чтобы снова встать в правильный строй. До стен долетал крепнущий шум битвы, и заполняющий своим безумием всю округу.
– Удачный момент, чтобы ударить в спину врага. – Сердце Вальхара тревожно забилось, и он понял, что это именно то, на что он так долго надеялся во время осады. – Кто-то атаковал лагерь варваров со стороны леса!
– Кто же этот неизвестный союзник? – Озадаченно спросил воевода Белых Быков. – Я не вижу ни одного стяга!
– Разве отсюда можно что-то разглядеть? – Возбуждённо крикнул вождь клана, чувствуя, как задрожала рука в нетерпении метнуться к заплечным ножнам. – Какая разница, кто наш союзник? Мы сможем снять осаду, и разбить перманов! Строй воинов перед воротами! Я сам поведу вигов и ополченцев в бой! Сегодня начнётся освобождение страны Лазоревых Гор от врага!
Низкий, тревожный рёв боевого рога. Он заставляет на мгновение замереть любого бойца. И седого ветерана, и недавно посвящённого в воины, отрока. Он возвещает о том, что наступило время для отваги, и ярости. Что пришёл день, чтобы доказать, что не зря воспитывался в клане, что не зря ел хлеб, какой отрывая от себя, давали миряне, что пора обнажить меч, и встать на их защиту. Для кого-то это будет последняя битва, а кто-то только начнёт свой трудный и опасный путь воина.
О, Бессмертный Тэнгри! Дай время забыть о смерти, и прожитых летах! Дай время, чтобы окунуться в пьянящее сумасшествие битвы, и собрать большую свиту из убитых врагов, а потом можешь и отнять жизнь…
Занятый своими мыслями, вождь клана Снежных Барсов и не заметил, как напротив ворот замка уже выстроились воины, готовые по его приказу ринуться в сечу, чтобы поддержать неизвестного союзника. Вот он, долгожданный миг, когда все сомнения позади, когда надо забыть всё земное, и полностью отдаться чувствам, бушующим в крови. Ненависть, ярость, гнев, всё смешалось, и казалось, что сердце вот-вот лопнет, переполненное этими ощущениями.