– Как долго это продолжается?
– Эти навалы появились за одну ночь, а сколько уже прорыто, нам неизвестно. Лазутчикам не удалось это выяснить. Подкоп хорошо охраняется, и они не смогли туда проникнуть.
– Нужно выяснить, какую цель они преследуют. – Задумчиво проговорил Фельмор. – Или они хотят прорыть ход, чтобы попасть за стены, или хотят разрушить фундамент, чтобы обрушить часть стены. Если хотят сделать ход, то для нас это не страшно, а чтобы разрушить фундамент нужно очень много времени. У перманов этого времени нет. Нам нужно продержаться всего два дня!
– Мой лорд надеется на вождя клана Снежных Барсов?
– Да. У него есть достаточно воинов, чтобы оказать нам помощь. К тому же он сам обещал это.
– Я не сомневаюсь в словах вождя Вальхара, и всё же, не стал бы рассчитывать на такую быструю помощь. Военная удача изменчива и непостоянна, а страна Лазоревых Гор наводнена воинами врага.
– Что же ты хочешь мне посоветовать? – С усмешкой спросил лорд. Заул нравился ему всё больше и больше. Он не был похож ни на одного советника, которого когда-либо знал. Фельмор хотел раззадорить Райде, чтобы тот, забыв о своём первоначальном решении, всё же стал ему служить. Пусть пока не осознанно, но постепенно он втянется в это, и сам не заметит, как ему понравится решать судьбы людей. Кажется, он честолюбив? Тем более его надо приблизить к себе. Наверняка ему доставит неслыханное удовольствие подразнить воевод и вождей, у каких он всегда был в подчинении. Он безроден? Тем лучше. Тем проще будет держать его в узде.
– Я берусь подготовить за день отряд харвеллов и заулов. Они спустятся со стены, возьмут пленного, и обрушит своды хода. Пусть ненадолго, но это задержит нашего врага.
– Так мы сможем выиграть всего-навсего один день!
– За один день может многое случиться. – С улыбкой ответил Райде, и снова поклонился. – За один день можно потерять и Родину, и стать великим Героем.
– Я нахожу в тебе всё больше и больше достоинств. – Лорд Фельмор подумал, что когда он сблизится с заулом, тот сможет помочь ему спастись от смерти.
Нет, он боялся не за себя. Он боялся за Мирру, и её сына. Где-то, в какой-то старинной книге он вычитал, что чем больше у человека семья, тем более он уязвимей… Проклятье! Так и есть! Придёт день, и его поведут на эшафот. Что будет с сестрой? Что будет с этим смышлёным мальчуганом? Наверняка виги забудут, что Мирра вдова воина, погибшего во время Великого Мора. Они запомнят только то, что её часто видели в замке лорда, в роскошных одеждах, так значит и она того же богатого рода, и так же безжалостна и горда, как и сам Фельмор. Суд? Это даже не смешно. В стране, где столько лет правило беззаконие, просто не откуда взяться справедливому суду.
Повелитель Тайной Стражи был уверен, что только Райде и, как ни странно, Стальной Барс, смогут помочь выжить его так недавно приобретённой семье. Он не строил для себя каких-то иллюзий. Впереди его ждала только смерть, и не важно, в чью пользу кончится война. Кем его запомнят потомки? Героем, что, не жалея жизни, дрался с перманами, или предателем, что ради золота и власти, призвал на свои земли челманов?
Проклятье! Ещё совсем недавно лорд молил богов, чтобы они убили его противника, теперь же он был готов молить их, чтобы боги даровали ему жизнь, и указали дорогу домой!
* * *
Глава 16.
– Он зовёт меня к себе. – Устало проговорила бледная Эррилайя. За последнее время она здорово сдала, и постарела. Уже не было той пятнадцатилетней девчонки, острой на язычок. Вместо неё была сутулая старуха, какая с трудом могла говорить. Где тот сумасшедший блеск в глазах? Где тот задорный, заразительный смех, похожий на звон ручья, весело бегущий по склонам гор? Неужели его больше уже никто и никогда не услышит?
– Что же он хочет от тебя? – Спросил Стальной Барс, внимательно всматриваясь в тёмный зев тоннеля, кое-где подсвеченный бледным светом зелёного мха, где отряд медленно шёл уже в течении полудня.
– Он говорит, что посылал своих слуг за мной, но вы всех их перебили. Он хочет мира, и того, чтобы мы ушли из его владений.
– Когда враг бессилен – он призывает к миру. – Усмехнулся Сардейл, устраивая на могучем плече поудобней, секиру. – Мы задали упырям хорошую трёпку, отделавшись всего несколькими царапинами. Там, под аркой, мы могли держать оборону до тех пор, пока не перебили бы всех чудовищ!