– Что же тебе удалось узнать? – Вступила в разговор девушка, и лазутчик, опять поклонившись, наконец, заговорил о том, о чём должен был сказать с самого начала, как только зашёл в палатку:
– Мои старые друзья много где бывают, и много чего слышат, а вино и умело направленная беседа иногда может дать больше, чем самая громкая победа. В Егдере собрано войско в пять сотен воинов. Пятьсот головорезов, что не остановятся ни перед чем, и будут преследовать нас до тех пор, пока не уничтожат. Они выступят через три дня, и будут здесь совсем скоро!
– Как я и говорила, у нас всего неделя! – С тревогой сказала Зурия. Кажется, она была серьёзно напугана. Что же её так испугало? Пять сотен пока ещё далёких головорезов, или нечто совершенно другое? Осознание того, что она может потерять, ввязавшись в битву? – Воевода Рутгер, сможем ли мы противостоять пятистам хорошо обученным воинам?
– Конечно. – Стальной Барс улыбнулся. С девушки снова слетела маска напускного величия, и она стала, как и раньше, просто перепуганной, влюблённой девчонкой, держащейся из последних сил, чтобы не разрыдаться. – Если нам удастся заманить гвардейцев в западню, то мы сможем не только противостоять, но и разгромить наших врагов!
Послышались шаги, и отдёрнувшийся полог палатки впустил внутрь царя россов. Он поглядел на присутствующих, сдержанным кивком головы поприветствовал их, и одним своим видом, позой, смог показать, что готов выслушать всё, что пропустил, и будет лучше, если они поторопятся. Вот кто не играл никакой роли, а был действительно велик! Рутгер будто заново увидел своего друга и подивился его стати, его виду, и тому благородству, каким тот был пропитан. Аласейе хотелось повиноваться, и, выслушав его приказы молча, с трепетом в душе, выполнять их.
– Вождь Аласейа, мы говорили о войске, что собрано в Егдере… – Тихо начала Зурия, и из-за волнения не смогла закончить предложения.
– Я слышал. – Великодушно улыбнулся росс. – Вы так громко говорите, что только глухой не сможет вас понять.
– Я могу продолжить? – Тут же, вкрадчиво спросил Ильвур, и, дождавшись во истину царственного кивка головой, добавил: – Для нас это ничего не значащее замечание, но, может быть, для столь храброго воина как Барс, будет интересно узнать, что полководцем назначен чужеземец, под именем Архорд. Император Геннах хочет посмотреть, действительно ли он так хорош, как тот говорил о себе.
Воевода вздрогнул, и внимательно посмотрел в глаза лазутчика. Нет, тот говорил правду, и на его лице не было тени шутки, или обмана. Он сказал именно то, что знал совершенно точно. Что-то спрашивать и уточнять у него, не было смысла. Может это совсем другой человек, просто носящий точно такое же имя? Но разве такое возможно? У русов имена совсем другие, более мягкие, да и оговорка Ильвура, что это иноземец… Разве найдётся в Руссии ещё один человек, чужестранец, носящий имя Архорд, и не являющимся лордом из страны Лазоревых Гор?
Стальной Барс быстро переглянулся с Аласейа, и сразу всё понял без слов. Немного подумав, он потёр давно не бритый подбородок, и поймал себя на мысли, что невольно, сам того не замечая, подражает другу. Одёрнув себя, он скрестил руки на груди, и хмуро проговорил:
– Нам нужно пересмотреть условия договора.
– Что ты хочешь этим сказать? – С тревогой спросила Зурия. Валтор повернул голову к воеводе, и что-то попытался сказать, но от волнения так и не смог произнести ни звука.
– Мы должны были обучить ваших воинов, и только. Теперь же всё меняется. Мы остаёмся, и вместе с твоими людьми дадим бой гвардейцам императора. – Рутгер заметил, что девушка облегчённо вздохнула, не скрывая этого, и улыбнулась. Для восставших это много значило. Теперь вождю мятежников было на кого опереться. Вокруг горстки вигов, как вокруг костяка, могла образоваться сила, готовая идти до конца, и верящая в победу.
– Что же могло повлиять на твоё решение? Ты так спешил уйти в земли моего народа…
– Лорд Архорд нам кое-что задолжал. – Сказал Аласейа, и многозначительно добавил: – Многие из нас хотели бы посмотреть, какого цвета у него кровь.
– Так он тоже северянин? – Ильвур попытался это спросить удивлённо, но у него этого не получилось. В его голосе без труда можно было услышать фальшь.
– Ты же знал это с самого начала! – Усмехнулся Стальной Барс, и уже чувствуя, что наливается гневом, зло процедил: – Не знаю, в какую ты игру играешь, и какие цели преследуешь, но на будущее запомни: перед вигами не стоит хитрить. Мы гораздо чаще пускаем меч в дело, чем говорим, и когда наступит такой момент, что мне не понравятся твои слова, то я, не раздумывая, перережу тебе глотку.