– Как долго нам идти до земель ювгеров? – С досадой спросил Стальной Барс у Сайана, так и не увидев Эррилайю, и осторожно косясь на руса, будто тот хотел осудить его за любовь.
Тот улыбнулся, и, стараясь попасть в ногу с шагом воеводы, проговорил:
– Если нас ничто не задержит, то несколько дней. Здесь, у Картири, расстояния не такие большие как в центре Руссии. От Ратийских Скал до долины Ржавых Мечей всего одно поприще.
Виг уже знал, что в долине Ржавых Мечей уже много лет находилось стойбище ювгеров, и похоже, что они ещё долго не собирались переходить на другое место. Племена ювгеров не были такими многочисленными, как считали северяне. От силы их было всего несколько сотен, и год от года становилось всё меньше и меньше. В лесах выводилась дичь, а земли были мало пригодны для выращивания пшеницы. Северные ветры приносили неизвестные болезни, и против них у знахарей не было никаких средств, чтобы поставить заболевшего человека на ноги, и он медленно, в течении нескольких лет умирал. На вопрос, почему ювгеры не уходят оттуда, Сайан как-то странно улыбался, и говорил что-то невнятное об особом предназначении этого народа, и о воле предков, завещавшим воинам стоять на страже на границе между Обитаемом Миром, и землями, где бродит Невидимая Смерть. Рус никак не хотел прояснить всё это, говоря, что это не его тайна, и если вождь Тартей пожелает, то всё расскажет сам.
– Как же они уживаются с разбойниками?
– Мутантов от ювгеров отделяет каменная гряда, и её очень трудно преодолеть, да и они знают, что воины племён очень сильны, и их почти невозможно победить в битве. Разбойники не лезут к ним, а те в свою очередь, не трогают их. Это длится уже долгие годы, и ещё никто не нарушил этого негласного договора.
– Интересно, как нас встретит вождь Тартей? Пустит ли в долину, и соизволит ли указать, где искать убежище Древних? – Спросил воевода.
– На всё воля Богов. – Вздохнул рус, выбирая место почище, свободное от поломанных веток и от наносов, оставленных бурлящей водой.
Тропы как таковой, здесь не было, и отряд медленно пробирался меж каменных валунов по пологому склону, преодолевая завалы, оставленные вчерашней бурей. Из-за спины ещё доносился шум успокаивающегося моря, а впереди был виден густой лес, к коему медленно, слишком медленно и приближались воины.
– У опушки леса проходит дорога в Руссию, и там нам будет легче. – Выдохнул Сайан, останавливаясь и переводя дыхание. – Я уже слишком стар для таких подъёмов…
– После такой бури вряд ли на дороге есть чистое место. Там мы наверняка увязнем в грязи.
– Нет. – Улыбнулся рус. – Эту дорогу построили ещё Древние, и она хорошо сохранилась, хотя и прошло несколько веков со времён Апокалипсиса. Похоже, чтобы сделать её, они расплавили камни.
– Разве такое возможно? – Удивлённо спросил Стальной Барс.
– Для наших предков не было ничего невозможного. – Ответил Сайан с таким видом, будто сам когда-то научил Древних делать всё это, и сообразив, что выглядит это по крайней мере глупо, рассмеялся.
Тёмно-серое, почти чёрное полотно дороги, покрытое мелкими, и крупными трещинами, будто паутиной, сеткой. Сквозь кажущуюся плотность покрытия пробились ярко-зелёные, после дождя, пучки травы, и всё это виделось чем-то странным, не человеческим. Таким, что это могут создать только сказочные, былинные существа.
Ещё стоя на обочине, и не решаясь сделать шаг вперёд, Рутгер пытался вспомнить, видел ли он нечто подобное раньше, но у него ничего не получалось. Казалось бы, чему он может ещё удивляться, отправившись в Сармейские степи, и уже давно перейдя их? Он видел много чудес, оставленными после себя Древними Богами, и в то же время, какое-то шестое чувство подсказывало ему, что это всего лишь маленькая толика того, что он ещё может увидеть, и что может поразить его воображение. Она не была похожа на мощёные булыжником мостовые Андвея или Вольфбура, и у воеводы сложилось ощущение, что он ступает на что-то таинственное, настолько древнее, что сердце невольно ускорило свой стук. Казалось, что сейчас произойдёт нечто такое, что может ещё больше сблизить его с утратившими былое могущество, Богами.