Неожиданно напор со стороны разбойников иссяк, и они отступили вниз по склону. Между сражающимися сторонами возникла полоса в несколько шагов, заполненная истекающими кровью телами. В слабом, трепещущем пламени тухнущего земляного масла было трудно разглядеть, кому принадлежат трупы, но Стальной Барс понял, что там есть и тела людей. Не ко всем воинская удача благосклонна, и пришло время кому-то из воинов отправиться к Очагу Бессмертного Тэнгри.
Какое-то время противники рассматривали друг друга, словно хотели оценить, как сильно потрепали врага, и стоит ли предпринимать ещё одну атаку. Наконец, переводя хриплое дыхание, один из мутантов, сильно коверкая язык русов, спросил:
– Кто вы?
– Мы – северяне! – Выкрикнул воевода, помахивая окровавленным перначом, словно рука ещё не могла остановиться от наработанных движений.
– Вы достойные противники. Уходите и мы вас не тронем!
– Разве можно доверять нежити? – Усмехнулся Рутгер. Он был уверен, что как только виги окажутся внизу, мутанты снова нападут, и у отряда уже не будет никаких шансов. – Можете атаковать нас сколько угодно. У нас хватит силы, чтобы уничтожить вас всех!
Небо на востоке, над верхушками деревьев чуть посветлело. До рассвета оставалось совсем немного, и воевода был уверен, что с первыми лучами солнца разбойники отступят, и отряд сможет по склону уйти из этого проклятого места.
– Вы пришли в наши горы, чтобы сразиться с нами? – Спросил всё тот же голос, и Стальной Барс сумел разглядеть мутанта. Невысокого роста, достаточно коренастый, с широкими, сильными плечами, на каких не сходились завязки нагрудного панциря, он производил впечатление несокрушимого бойца. Если бы все разбойники были такими, то вигам бы здорово досталось!
– Нет. Мы идём в земли ювгеров. – Воевода не счёл нужным скрывать цель похода. Он хотел протянуть время, чтобы рассвет наступил скорее, чтобы можно было избежать следующей схватки, где, скорее всего, мог опять кто-нибудь погибнуть из людей. Мутанты только что обещали, что никого не тронут, если воины уйдут, но им никто не хотел верить. Рутгер был уверен, что это всего лишь уловка, и дьявольские твари смогут улучить момент, когда люди будут наиболее уязвимы. Глупая ситуация. Хочется избежать ненужного кровопролития, и в то же время отступление невозможно без кровопролития. Может быть, попробовать при свете солнца, когда твари уберутся в свои глубокие норы?
– О! Мы знаем вождя Тартея, и склоняем головы перед его мужеством! – Заверил мутант с почтением.
Не было похоже на то, чтобы он лгал, и именно вот это казалось странным. Складывалось впечатление, что твари хотят ещё поговорить, и совсем не торопятся уничтожить людей до рассвета. Уверены в собственных силах? Понимают, что им некуда деваться, и рано или поздно они совершат ошибку?
– Сайан! – Позвал Стальной Барс, и когда старый торговец подошёл, протискиваясь между воинов, спросил: – О чём эта тварь хочет мне сказать? Что он имел в виду, когда говорил, что знает Тартея, и склоняет голову перед его мужеством?
– Вождь ювгеров единственный кто воюет с мутантами, и почти всегда его походы оканчиваются победой.
Неожиданно сзади, за строем, захлопали тетивы арбалетов, и воевода понял, почему твари так долго не нападали. Они решили обойти отряд, и напасть со спины, по крутому, почти отвесному склону ущелья! Конечно, он думал об этом, когда выбирал место для боя, но тогда ему показалось, что по скалам здесь невозможно подняться. Положение ещё можно спасти, если, не мешкая подняться на вершину склона, и сбросить атакующих вниз. Цепляясь за камни, не способные к сопротивлению, мутанты представляют собой беззащитные мишени, и нужно этим воспользоваться как можно скорее.
– Аласейа…
– Я понял. – Кивнул росс. – Враг не пройдёт.
Царь кивнул, и покинул своё место в общем строю. Теперь воевода был спокоен за тыл. Друг не позволит тварям ударить в спину отряда. Что бы ни случилось, он будет стоять насмерть.