Мысль промелькнула внезапно, и тут же исчезла, словно сама себя испугалась, но сивд успел-таки ухватить её за хвост, и поразился собственной догадке. Это ему показалось невероятным, и немного поразмыслив, он всё же уверился в том, что не ошибается.
– Проклятье… Клянусь всеми богами Сангара, я знаю где укрыто сердце клана ассанов!
Десятник несколько мгновений смотрел на сотника, будто не мог понять, о чём тот говорит, и осторожно спросил:
– Мастер Норд?
– Я знаю, где скрывается глава клана наёмных убийц! – Громко повторил сивд, и засмеялся. Теперь ему не казалось, что его предположение неверно. Теперь ему всё казалось так логично, и последовательно, что он сам удивился, как не мог догадаться до этого раньше.
– И где же? – Спросил харвелл, покачав головой.
– Храм на леднике Висс и есть гнездо ассанов, откуда идут приказы всем убийцам! – Выкрикнул Норд и понял, что харвелл вряд ли поверит его словам. Для заулов, харвеллов и вигов в том числе, Храм Висс – святое место, где за скромную плату можно узнать будущее и услышать пророчества оракула. Разве они когда-то поверят в то, что сам оракул и есть глава клана, сотни лет уничтожающего жителей страны Лазоревых Гор? Нужно нечто такое, чтобы они смогли увидеть и потрогать руками, удостоверится в том, что сотник прав. Трупы ассанов? Они найдут любое объяснение, и всё же не поверят, что это жрецы Храма Висс.
* * *
Глава 28.
Стальной Барс медленно поднялся, еле сдерживая себя от ярости, и чтобы скрыть как подрагивают руки, скрестил их на груди. Телохранители вождя насторожились за его спиной, но не сделали ни одного движения. Воевода почему-то был уверен, что они сейчас и пальцем не пошевелят, чтобы защитить Тартея. Они смотрели на своего правителя с изумлением, будто видели его первый раз в жизни. Это было ещё одним доказательством того, что пергамент, лежащий на низком столе, и освещённый несколькими свечами, ни в коем случаи нельзя подписывать. Он ощущал всем своим существом, что его сейчас собираются просто обвести вокруг пальца!
Рутгер оглянулся на друзей, чьи лица смутно белели сзади, у стены из шкур, и решительно повернулся к хитро улыбающемуся Тартею:
– Может быть я молод, но отнюдь не глуп! Какой резон мне подписывать грамоту, что я не могу прочесть? Я вижу, что здесь написаны слова только на языке русов, а их руны мне не знакомы. – Стальной Барс перевёл взгляд на Сайана, сидящего по правую руку от вождя ювгеров, и посмотрел ему в глаза. В своё время он уверял воеводу, что Тартей справедлив, честен и храбр, благородства в нём больше чем в самом императоре Руссии! Сначала он действительно таким и показался, но сейчас…
Виг ещё раз посмотрел на грамоту, на незнакомые руны, и вдруг подумал, что если он сейчас не даст понять Тартею, что с ним нельзя шутить, тот вполне мог отдать приказ на то, чтобы пленить вигов. Та же старая, уже знакомая история повторялась. Сначала Зурия пыталась удержать северян при своём войске, теперь сам вождь подсовывает какую-то грамоту, какую невозможно прочитать, заверяя, что она всего лишь договор о вечной дружбе, и взаимопомощи.
Лурфар! Проклятье… Как же он раньше не подумал о нём? Монах утверждал, что знает множество наречий и языков, так может быть, он знает и руны русов?
Рутгер повернулся к друзьям, и встретившись с настороженным взглядом Сардейла, отдал приказ:
– Позови сюда нашего монаха. Наверняка он сможет прочесть эту грамоту, и даже помочь составить её более правильно. Может быть, мы даже кое-что добавим в неё. – Эти слова Стальной Барс произнёс уже повернувшись к Тартею, и улыбаясь. Помниться, Эрли называла такую улыбку опасной, и не предвещающей ничего хорошего.
Ювгер на мгновение замер, будто растерялся, и потом быстро взглянув на Сайана, сказал, немного растягивая слова:
– Ваш монах толмач, и он знает руны русов?
– Да. Он знает много языков. – Тихо проговорил воевода, глядя в узкие щёлки глаз Тартея, и пытаясь разглядеть в них нечто, что могло бы подсказать ему о том, что тот думает и может предпринять.
Вождь ювгеров чуть подался вперёд, подхватил пергамент, небрежно отбросил его в сторону, на руки Сайану, упорно отводящего глаза в сторону от взгляда Стального Барса, и широко улыбаясь, заговорил:
– Не стоит столь отважного воина посылать за каким-то монахом. Давайте проявим уважение к его сединам, и отложим грамоту в сторону. Мы всегда успеем скрепить наш договор, и дать друг другу клятву. У нас осталось ещё много вина, так поднимем кубки за нашу победу!