– Не знаю. – Беспомощно пожал плечами судья. – Видимо, никто и не подумал, что перманы могут добраться туда, а у вождей кланов, хватает и без этого забот. Где уж им позаботиться о безопасности жрецов? – Парфтек помолчал, и как-то обречённо вздохнув, уже тише добавил: – Иногда мне кажется, что мы все прокляты, и нас ждёт полное истребление.
Он тут же испуганно посмотрел на Норбера, словно тот собирался напомнить ему, кто виноват во всех бедах страны Лазоревых Гор, и облегчённо вздохнул, заметив, что лесовик во все глаза смотрит на стройные ряды россов, кажется и не помышляя о том, чтобы вступить в спор.
Себя он уже давно не считал виновником всех этих бед, и искренне считал себя человеком, делающим всё возможное для победы над варварами. Да и разве можно назвать его главой заговора, или правой рукой лорда Фельмора? Ну, конечно, нет! Да, что греха таить, он выполнял мелкие поручения заговорщиков, но это были ничего не значащие делишки, и тогда он по-настоящему считал, что поступает во благо для собственного народа!
И всё же, где-то в глубине разума, шевельнулся червячок, и напомнил о себе пронзительной, светлой, как молния, мыслью – а так ли всё это? Разве он не думал о собственном обогащении, и не мечтал о подвалах собственного, огромного дома в Вольфбуре, наполненных несметными богатствами? Если повезёт, то можно стать и Владыкой, только, нужно ли ему это? Тогда нужно будет всего опасаться, и всегда иметь под рукой хотя бы сотню верных телохранителей! Верных? Это слово стало таким редким за последнее время, что даже можно забыть то, что оно обозначает!
Да, конечно, он тоже виноват во всём этом, но его вина столь ничтожна, что он её уже искупил, не раз рискуя жизнью, и приведя в страну Лазоревых Гор две сотни «Железнобоких»! Разве кто-то, кроме него, смог бы сделать такое?
Гердай молодцевато спрыгнул с коня, бросил поводья оруженосцу, и позвякивая доспехами, подошёл к лорду. Парфтек в своей одежде, перемазанной грязью, разбитых сапогах, тяжёлом плаще, куда были искусно плетены ветки и листья, почувствовал себя беспомощным и жалким перед надвигающейся громадой стали, что с трудом подавил в себе желание встать на колено, чтобы приветствовать боярина.
– Не стоит, друг мой, чиниться положением и званием. – Гердай удержал Норбера от того, чтобы тот преклонил колено, и взяв его за плечи, заглядывая в глаза, спросил: – Я вижу в тебе мудрость, и мозоли от тетивы на правой руке говорят мне о том, что ты воин, а не крестьянин. Отныне мы будем биться плечом к плечу, и отправим многих варваров прямиком в ад! Надеюсь, вам известно гораздо больше о том, что происходит в стране Лазоревых Гор, и уже есть кое-какой план, что принесёт нам победу?
– Мы ждём лишь возвращения лазутчиков, чтобы объединить все те крохи сведений, добытые ими, в одно целое, и начать действовать. – Заговорил Парфтек, видя, что старый лесовик от волнения не может произнести и слова.
– Я вижу на тебе ярвирский пояс! – Воскликнул Гердай. – Значит, вы время даром не теряли, поджидая нас!
– В двух поприщах отсюда лесовики Норбера истребили почти три сотни иноземцев, потеряв при этом всего два десятка воинов. – Лорд вспомнил, с каким отвращением он снимал кожаный пояс, украшенный серебряными бляшками с утыканного стрелами, залитого кровью тела, и его передёрнуло. Но ему нужен был хороший пояс взамен старого, изношенного, чтобы повесить на него меч, а чем вещь, снятая с врага, может отличаться от вещи вига? Брезгливость? С ней можно смириться. Многие лесовики теперь носили сапоги и доспехи, снятые с поверженных противников, и не видели в этом ничего зазорного.
– Не иначе вам помогали сами боги! – Удивился Гердай, и в его глазах мелькнуло неподдельное уважение. – Редкая битва проходит с такими малыми потерями!
– Боги здесь ни при чём. – Подал, наконец, голос Норбер, и усмехнулся, продолжая коситься на выстраивающиеся ряды россов. – Правильно выбранное место и время – вот и всё, что нам было нужно. А ярости у каждого вига хоть отбавляй.
Росс понимающе улыбнулся, и повернулся к Парфтеку, произнеся традиционное приветствие вигов, немного его переиначив:
– Надеюсь, кое-что вам всё-таки известно, и уже сегодня днём мы сможем напоить свои мечи кровью врага?
Лорд кивнул, и сказал то, что считал наиболее важным, и уже более не терпящим отлагательств:
– Я не воин, а судья, и к тому же, бывший, но мне кажется, что наш поход стоит начать с освобождения замка Корте. Замок неприступен, но если оседлать единственную тропу, вьющуюся среди скал, то и крепость будет невозможно покинуть. Нам известно, что там находятся несколько тысяч беженцев, и две сотни воинов, долгое время тревоживших перманов своими набегами.