– Ты что-то говорила про Стального Барса. – Терпеливо напомнил Повелитель Тайной Стражи. Да, его интересовал только он. Кто он такой, раз народ страны Лазоревых Гор уже складывает о нём песни? Тогда, на Совете Лордов он запомнил только его гневную речь, и внезапно пробудившееся желание схватиться за меч и отсечь голову дерзкому юнцу. Наверное, так оно и было бы, но вмешались вожди кланов. Проклятье! Если бы его никогда не существовало, или он умер в детстве от какой-нибудь болезни, то всё пошло бы, как и планировалось, и сейчас Фельмор сидел на троне Владыки, держа в руках золотой меч власти. Но нет же! Какого-то отрока ставят воеводой, и он сдерживает натиск врага, выигрывая время для того, чтобы военный вождь Балвер смог собрать войско, и дождался воинов союзников. Сколько же лет этому Барсу? В народных сказках об этом не говорится, а если память не изменяет лорду, то на вид ему не больше двадцати лет, и совсем недавно он прошёл посвящение в воины… Что? И вот этого юнца народ страны Лазоревых Гор хочет посадить на трон Владыки?! Воистину человеческая глупость не знает предела! Отрок – ничего не знающий о власти, вот начало конца. Это будет постыдное и бездарное правление.
– Мирра, скажи честно, ты действительно веришь в то, что Стальной Барс станет Владыкой? – Так и не дождавшись начала истории, спросил лорд сестру.
Та немного помедлила с ответом, смерила Фельмора взглядом зелёных, полыхнувшим огнём глаз, и тихо, уверенно произнесла:
– Конечно. Когда Барс возьмёт в руки золотой меч власти, для страны Лазоревых Гор наступят счастливые времена, и белое не будут перекрашивать в чёрное, а чёрное обелять.
– Но ведь он за многие поприща отсюда, и даже неизвестно, жив ли! – В голове промелькнула мысль об Архорде, и тут же угасла. Скорее всего, племянник Альгара давно уже мёртв, и убил его наверняка сам, будущий, так называемый, Владыка. Вот первое, в чём его можно будет обвинить и привлечь к суду. Жизнь вига священна! – Сармейские степи полны опасностей, и даже Бессмертный Тэнгри не знает, что творится там, далеко на юге!
– Разве герой не сможет вернуться туда, где его ждут? Если он смог с двумя сотнями вигов отстоять Волчьи Ворота от тысяч врагов, так разве он не сможет найти Древних Богов?
О Боги! Сколько твёрдости и непоколебимой уверенности в её голосе! Такое чувство, что она знает, о чём говорит, и каждый день получает известия о том, что происходит на юге! Словно она видит глазами тех вигов, кто отправился со Стальным Барсом в этот поход, в неизвестность!
– Говорят, что там водятся твари, и их невозможно убить. Они питаются только человеческим мясом.
– Тебе, конечно, хотелось бы, чтобы надежда Лазоревых Гор умерла? – Съязвила Мирра, и её глаза зло блеснули.
Дьявол! Какая же она всё-таки красивая! Ей и надо-то было совсем немного! Всего лишь вдоволь еды, и отдохнуть, чтобы превратиться из измождённой нищенки в настоящую вижку. Гордую и непреклонную. Да-да! Вот такую он её и запомнил, когда видел многие годы назад. Почему же тогда оборвалась их родственная связь? Что произошло, если он за всеми своими делами смог забыть, что у него есть такая прекрасная сестра? На первый взгляд могло показаться, что они живут как кошка с собакой, и каждый раз пытаются больно уколоть друг друга, на самом же деле это продолжалась старая игра, теперь даже и не вспомнить, кем начатая.
– Нет, что ты! – Фельмор резко вскинул ладони, и даже чуть расплескал вино из кубка. Разговор снова вернулся на обмен колкостями, и теперь он был рад этому. В таких перепалках он нередко находил для себя многие ответы на вопросы, не редко заводившие в тупик, и принимал решения, как действовать.
– Не лги мне! – Решительно потребовала сестра, бросила быстрый взгляд на спящего сына, и стремительно сделав несколько шагов к камину, остановилась, скрестив руки на груди.
Она поправила чуть растрепавшиеся волосы, улыбнулась и, глядя в глаза лорда, отчего тот почувствовал себя несколько неуютно, спросила: – Тебе бы очень хотелось, чтобы Стальной Барс погиб? Не так ли?
Что он мог ответить? Что это не правда? Что он, как и все ждёт его возвращения, и готов бросить белый камень за него? Как теперь объяснить сестре, что он совсем не тот, кем был раньше, и что она смогла изменить его так, что он и сам этого не заметил? Как сказать ей, что он только недавно осознал то, о чём знал всю свою жизнь, но почему-то не придавал большого значения?