– Приготовьтесь… – Послышался шёпот спереди, и едва не оступившись на спрятавшемся под снегом каменном уступе, лорд потянулся к бронзовой фибуле, застёгивающей плащ у горла. Так можно будет быстрее его снять, чтоб не мешал движениям.
Ему показалось странным, что на них не напали, едва лесовики ступили на тропу, потом сразу стало понятно, почему этого не произошло. Надо дать противнику втянуться в проходы между скал, и тогда будет легче всех перебить с малыми потерями. От этого стало ещё больше не по-себе, и захотелось повернуть назад, в поле, где больше места, и никто не сможет внезапно напасть.
Ещё несколько шагов вверх, и Парфтек оказался между двух валунов в человеческий рост. Он остановился, опёрся плечом о чахлую сосёнку, каким-то чудом проросшую на скалах, и оглянулся. Следом за ним поднимались другие воины, и не было заметно, что они готовы к бою. Было слышно только хриплое дыхание, и мерные шаги поднимающихся. Поворачиваясь, краем глаза лорд заметил еле различимое движение в темноте скалы, и во мраке что-то блеснуло сталью. Одним движением срывая фибулу, перекидывая со спины щит в левую руку, он крикнул:
– Засада! – И тут же напряжённая тишина взорвалась криками ярости, боевыми кличами, и звериным рычанием. Всё пришло в движение, и что где происходит, было совершенно непонятно. Оставалось довериться своему чутью, и полагаться только на свои инстинкты, может быть ещё сохранившиеся от древних предков.
Лорд едва успел отбить щитом удар топора сверху, и отчаянно изогнувшись, вонзил жало меча в живот бородатого, заросшего до самых бровей, варвара. За шумом битвы он не услышал его предсмертного крика, а лишь увидел, как тот открыл рот, обнажив длинные, острые клыки. Вырвав клинок из оседающего противника, спиной почувствовав толчок, Парфтек повернулся, готовясь встретить очередного врага остриём меча, но увидел лишь лесовика, посылающего стрелу за стрелой куда-то в темноту, по только ему видимой цели.
Над узкой тропой, стиснутой скалами, кишащими сцепившимися в смертельной схватке противниками взвился рёв боевого рога, и бывший судья сразу сообразил, что это сигнал к отступлению. Кому-то повторять, что нужно делать не пришлось. Каждый понимал, что задерживаться здесь больше чем надо, опасно, и как только станет более светлей, перманы быстро поймут, что им нужно сделать, чтобы победить.
С сожалением отбросив треснувший щит в сторону, лорд взобрался на валун, двумя ударами расправился с лучником, выцеливающим кого-то из лесовиков, и, видя, что виги отступают, бросился вниз, перепрыгивая с камня на камень, рискуя каждое мгновение оступиться, и что-то себе сломать. Быстрее! Быстрее! Вот оно, поле! Скорее, прочь от тропы, где их ждала верная смерть!
Парфтек подставил плечо оступившемуся лесовику, подхватил его под руку, и потащил за собой к виднеющемуся вдали бору. Спасённый им внезапно захрипел, и кашляя кровью, еле передвигая ногами, с трудом выдавил из себя:
– Ваша милость… Я освобождаю тебя от данной клятвы! Ты храбро бился, и заслуживаешь моего прощения!
Лорд узнал в раненом Норбера, но сейчас от его слов сердце не зашлось от радости, а в висках билось только одно – уйти как можно дальше от ловушки. Только это сейчас было главным, и он изо всех сил старался ему помочь. Сбоку подбежал ещё кто-то, помогая судье, и они пошли чуть быстрее. Рядом в снег воткнулась стрела, и сзади, за спиной раздался торжествующий рёв сотен глоток. Парфтек понял, что их план удался, что варвары преследуют их, и забыв про всё на свете, вышли в чистое поле из-под защиты скал.
Когда уже не было больше сил, в боку невыносимо кололо острой болью, лорд больше не в состоянии стоять на ногах, опустился на снег, уже готовый распрощаться с жизнью. Сейчас он вряд ли смог бы оказать достойное сопротивление. Сил на это уже просто не было. Тяжело дыша, он оглянулся, и увидел, что по их следам, за ними, бегут разъярённые перманы. Их было так много, что они легко могут смести горстку смельчаков, не задерживаясь ни на мгновение. Проклятье! Где же Гердай со своими «Железнобокими»?
Рядом, лёжа на снегу, закашлялся кровавой пеной Норбер:
– Достойная смерть для такого старика, как я.
– Рано ещё думать о смерти. – Лорд поднялся на дрожащие ноги, и поднял меч. Он посмотрел на тех немногих лесовиков, кому удалось вырваться из ловушки, ослабевших, кажется, уже потерявших всякую надежду, и прорычал: – Ко мне, братья! Натянуть луки! Приготовить стрелы!
Они сбились в редкий строй, готовые встретить смерть, и продать свои жизни как можно дороже. Над верхушками елей поднимался красный, пока ещё холодный диск солнца, и не было слышно ни звука. Только шум приближающейся толпы варваров, их крики, и бряцанье оружия. Было обидно умирать в такое утро, из-за того, что кто-то не успел вовремя расставить своих воинов, и подготовить их к сечи. Почему же они медлят? Что могло помешать Гердаю?