Воевода посмотрел вверх, на склон горы Эрпон, на кварталы дворян, на их большие, богатые дома, и вслух, с усмешкой произнёс:
– Было бы неплохо пустить ярвиров к домам знати, чтобы почуяли вкус смерти, но это слишком высоко. Улицы там короче, и мы вряд ли сможем там удержаться.
– Там совсем не будет простора для лучников и арбалетчиков. – Улыбнулся Балдар. Он прекрасно понял замысел своего воеводы, и с усмешкой поддержал его: – Мы можем потребовать от них по два десятка воинов для защиты города, и всевозможных припасов. Они не станут сопротивляться, уважая и чтя Законы Предков.
– Оставим это на потом, когда будет нужда в людях. – Проскрипел зубами воевода.
– Я бы сделал это именно сейчас. – Настоял помощник. – На них нет никакой надежды, и я, будь на твоём месте, первыми бы их бросил в бой, чтобы сберечь верных воинов.
– Может быть ты и прав. – Задумчиво проговорил Урхард. – Сейчас мне некогда заниматься этим. Когда отразим штурм, тогда и потребуем от них воинов. А сейчас отдай распоряжение на счёт стен, и возвращайся. Примем на себя первый удар!
Балдар чуть склонил голову, и побежал ко второй баррикаде, разыскивать советника Ольвара. Только он мог сделать это так, как надо. Выбрать место для стены, учитывая склон, окружающие дома, и наконец, сами камни, из каких будет сделано препятствие для врага.
Ну, где же, где они? Урхард почувствовал, как в нетерпении подрагивают руки, и сам себе улыбнулся. Он помнил самого первого врага, убитого в первой своей битве. Кажется, это было сотни лет назад, совсем в другой жизни. Он стоял в первом ряду готовый встретить смерть, кричал что-то яростное, пытаясь перекричать товарищей, стоящих рядом в строю, и вот так же, нетерпеливо у него подрагивали руки. Да, он был готов встретить смерть, но она казалась для него чем-то невозможным, тем, что может случиться с каждым, только не с ним. Он видел себя бессмертным, оберегаемым Богами, и был уверен, что они помогут ему, отведут смертельный удар. Он слышал приказ воеводы поднять щиты, но не сразу понял, для чего он его отдал, ведь враг был далеко, и до него было не меньше двухсот шагов. Урхард увидел в небе стремительные маленькие точки, сразу сообразил, что это стрелы, и рванул щит вверх. Рядом, чуть зазевавшийся товарищ получил стрелу в горло, и, захрипев, выкатив глаза, заливая кольчугу кровью, повалился на жухлую траву. Почему-то Урхард сразу понял, что его не спасти, и он совсем скоро умрёт. Потом был бешеный бег вперёд. Он видел, как быстро приближаются ряды врагов, видел, как они тоже что-то кричат на своём варварском языке, и, предвидя скорое жёсткое столкновение, выставил перед собой меч. Будущий воевода даже не сразу и понял, когда жало его меча, встретив чуть заметное сопротивление, мягко скользнуло вперёд, что он только что убил своего первого лерда. Потом жестокий удар, опрокинувший его на спину, как он по-кошачьи извернулся, вскакивая на ноги, и сразу поняв, что в такой свалке меч бесполезен, бросился в ноги следующему врагу, выхватывая в прыжке из ножен на поясе короткий, длиной всего в три ладони, клинок. Если бы он тогда не послушал своего друга Балвера, и не взял его, то остался бы в той битве безоружным на несколько мгновений, и наверняка, погиб.
Балвер! Как же так получилось, что ты погиб не от меча, как мечтал, а от яда наёмного убийцы? Как встретил тебя Бессмертный Тэнгри? Нашлось ли у него место для тебя у Очага? Ничего. Совсем скоро, и твой верный друг окажется там, чтобы расспросить тебя об этом.
– Идут! Они идут! – Послышался крик с верхней улицы, и повернув голову, Урхард заметил, как замелькали головы лучников в окнах домов, на крышах. Что и говорить! Ярвиров ждёт достойный приём. Конечно, они пойдут прикрывшись щитами спереди и сверху, но здесь, на дороге лежат тела их соплеменников, о какие они неизбежно будут спотыкаться, а для хорошего стрелка из заулов достаточно малейшей щёлки между краями щитов, чтобы поразить цель. С крыш домов на них посыплются камни, брёвна, и даже неизвестно, сможет ли строй иноземцев дойти до первой баррикады. Их много. Так много, что какое-то умение, и даже блестяще разработанная тактика не может иметь решающего значения. Вигов просто задавят численностью.
Вот из-за изгиба улицы показался ровный ряд квадратных, больших щитов. Что там дальше, за ними, не было видно, хотя и так можно было понять, что за ними скрываются воины, уже готовые ринуться вперёд, чтобы вскарабкаться на баррикаду, и перебить её защитников. Им нужно было пройти всего полторы сотни шагов, чтобы подобраться ближе, и на каждом этом шаге их ждала смерть. Они будут умирать, терять своих товарищей, и всё больше приходя в ярость медленно продвигаться вперёд, подталкиваемые сзади такими же, жаждущими крови вигов, ярвирами.