Вождь не предложил ему сесть, не налил вина из кувшина, стоящего на столике возле ложа, и это было плохим знаком. Вместо приветствия, придерживая пустой рукав левой руки, бледнее, чем обычно, он кивнул на сивда, и устало спросил:
– Знаешь ли ты этого человека?
Мысли как испуганные птицы заметались в голове, и лорд, стараясь не подать вида, что растерян, подошёл к креслу Вальхара, взглянул на пленника. Он увидел расширенные от ужаса глаза, мокрое, потное лицо, испачканное сажей, и оно показалось ему немного знакомым. Где же он мог его раньше видеть? И ведь это было не так давно! Может быть неделю, или две назад.
– Кто это?
– Он утверждает, что послан к тебе лордом Сатвелом. – Вождь клана поднял голову, и испытующе посмотрел на Повелителя Тайной Стражи.
Тот взглянул на него, и увидел в холодных глазах вот-вот готовую прорваться ярость. Фельмор сразу понял, что ему не нужно оправдываться. Это только усилит подозрения Вальхара, и он, разозлясь, наплевав на все и Новые, и Старые Законы прикажет пытать его, а потом и казнить, предав позорной смерти в верёвочной петле. Что же сказать, что ответить, чтобы избежать этого? Незаметно подкрался страх, и безжалостно схватил за самое сердце.
– Вот как! – Лорду не пришлось разыгрывать изумление. Он был удивлён и без этого. Что же всё это значит? Неужели Сатвел хотел прислать к нему гонца, а этот болван попался вигам? Для чего? Чтобы склонить на свою сторону? Но теперь в его руках нет прежней власти, и он совершенно бесполезен для чего-либо! Или это месть за прошлое поражение? За то, что он из-под его носа увёл Владыку, и не дал ему отречься от престола в пользу самого лорда Сатвела?
– Я начинаю терять терпение. – Жёстко произнёс Вальхар.
– Если ты, вождь, не возражаешь, я задам сивду несколько вопросов. – Фельмор отвесил лёгкий поклон, и тут же повернулся к пленному: – Как твоё имя?
Сивд вздрогнул, и, посмотрев на Фельмора мученическим взглядом, полным надежды, сглотнув сухим горлом, вымолвил:
– Ларт, ваша милость…
– Знакомое имя. – Пробормотал лорд, судорожно перебирая в памяти все, когда-то слышанные имена сивдов. Это было где-то рядом, стоило протянуть руку… Вспомнил! – Не ты ли был воеводой сивдов, осаждающих мой замок?
– Да, ваша милость. Я удостоился такой чести.
– Помнится, вождь Вальхар напал неожиданно, и вы, даже не пытаясь сопротивляться, бежали?
– Да. – Удручённо кивнул пленный. – Это больше походило на бойню. Когда опустился подъёмный мост, и виги с харвеллами ударили нам в тыл, мы и вовсе оказались зажатыми с двух сторон.
– Значит ты один из тех, кому посчастливилось вырваться из кольца. – Заключил лорд, довольный тем, что память всё-таки не подвела его. – Что же ты здесь делаешь? Зачем пришёл к тем, от кого совсем недавно в ужасе бежал?
– Я выполнял приказ лорда Сатвела.
– И что это был за приказ?
– Я должен был передать вашей милости послание.
Повелитель Тайной Стражи был готов поклясться чем угодно, что у воеводы и не было никакого послания. Скорее всего, он это придумал сам, чтобы постараться как-то выкрутиться, и не лишиться головы. Вальхар, конечно, поверил в это, но Фельмора, старого интригана, не так-то просто обмануть. Он чувствует, когда ему лгут, говорят правду, и легко определял это по мимике лица допрашиваемого. Определить это несложно. Гораздо труднее заставить говорить человека откровенно. Пытки? Куда же без них. Тут всё же есть одно незначительное, крохотное условие. Не каждая пытка подойдёт для определённого человека. Это целое искусство, уметь подбирать соответствующую боль.
– И где же оно? – Вкрадчиво, даже с каким-то участием, спросил лорд, приближаясь к сивду. Если бы Ларт хорошо знал Повелителя Тайной Стражи, то понял, что ничего хорошего это для него не значит, но тот вскинул голову, и твёрдо ответил:
– К сожалению, я потерял его.
– Какая жалость! – Сокрушённо всплеснул руками Фельмор, и краем глаза заметил слабую улыбку на губах вождя клана. Его начал забавлять этот разговор. Обычно нетерпеливый, требующий говорить только по делу, он молчал, решив дождаться, чем это кончится. Нужно этим воспользоваться, и обратить в свою пользу.