– Конечно. Но не сейчас. Его можно взять только с помощью длительной осады. Пусть это затянется надолго, на несколько месяцев, зато мы не будем так глупо терять своих людей. Ведь всё равно, когда-нибудь запасы еды кончатся, и когда виги сожрут всех собак, кошек и крыс, когда будут готовы жрать своих братьев и сестёр, вот тогда мы и ударим! Голод! Вот наш единственный союзник против Вольфбура!
Арво сказал это с таким запалом, с таким убеждением, что Сатвел сразу же поверил ему. Как не поверить, когда он сам видел всё, что здесь происходит, и видел всю тщетность попыток штурма?
– Я передам твои слова Ниирде Соо. – Тихо сказал лорд, и ярвир внимательным взглядом, полным надежды, посмотрел на него. Теперь господин золотых рудников был уверен, что в лице Терте приобрёл сильного союзника. Тот уже никогда не будет смотреть на вига свысока, и будет верным до самой своей смерти.
– Сделай это, лорд, и моя благодарность не будет иметь границ. Спаси моих людей от казни, и воины будут верой и правдой служить тебе. Они примут клятву по своим и вашим обычаем, чтобы ты мог им верить. Отведи войско из этого проклятого места!
Сатвел кивнул, и улыбнулся. Сейчас он понял, что смог одержать свою первую, маленькую победу над Ниирде Соо. Не тот ли заносчивый ярвир был причиной всех его неудач, навязывая ему свою волю? Не он ли диктовал условия, на какие был вынужден соглашаться будущий Владыка страны Лазоревых Гор? Да! Он управлял войсками, на его стороне была сила, но что он будет стоить, когда собственные воины отвернутся от него? Соо правит кровью, и отступившие бойцы будут казнены в назидание другим. Что, если просто проявить немного милосердия и соучастия к потерпевшим поражение? Разве они не оценят это? Другие тысячи увидят это, и поймут, что служить Сатвелу гораздо лучше, чем Ниирде, и переметнутся на его сторону. Зачем создавать какое-то новое государство, приносить жертвы неизвестным, жестоким богам, если можно самому себе подчинить войско иноземцев? Это будет их новая Родина! Может быть, это не будет так просто, как кажется, но разве это невыполнимо? Проклятье! Почему же он раньше об этом никогда не думал?
Лорд подошёл к столу, взял в руки пыльный кувшин с вином, и торжественно, так, чтобы убедить Арво в правильности принятого решения, произнёс:
– Клянусь тебе, Терте Арво, что приложу все свои усилия, чтобы шеи твоих воинов не оказались на плахе, и их не коснулся топор палача! Клянёшься ли ты, что будешь служить мне, пока бьётся твоё сердце?
Ярвир вскочил, выхватил меч, без раздумий вонзил его в деревянный пол, опустился на колено, и сложил руки на его рукояти:
– Клянусь.
Сатвелу показалось, что в полутёмной, разрушенной хижине стало чуть светлее, и вино, которое он всё же решился пригубить из глиняного кувшина, имеет какой-то особый, непередаваемый привкус. Для него начиналась новая жизнь. Ещё более опасная, чем прежде, и всё же это было то будущее, ради чего стоило жертвовать всем, что у него было. Чувствуя, как чаще забилось сердце, движимый необъяснимым порывом, он снял с руки золотой перстень, одетый поверх перчатки, и протянул его ярвиру, произнеся:
– Я принимаю твою клятву. Пусть это кольцо напоминает тебе о данной роте, и о том долге, что не выполнить ты не сможешь.
Оглянувшись, он увидел Синтая, и то, как на его лице застыла улыбка одобрения. Сивд всё понял, и может быть, удивился, как лорду без крови, без золота удалось переманить на свою сторону четыре сотни отчаянных бойцов. Конечно, это немного, но ведь это только начало!
* * *
Глава 26.
После удивительных рассказов Хортера и Вальгера, новая просьба Михаила уже не казалась странной и необычной. Друзья сдержанно говорили о том, что видели, что с ними делали, и не могли найти нужные слова, чтобы описать всё то, что с ними произошло. В вижском языке просто не было таких слов и понятий! Да, наверное, никто и не пытался сразу всё осознать, понимая, что это невозможно.
Древние сдержали своё обещание. Хортер и Вальгер действительно пришли вечером, и уже начавшие волноваться воины встретили их так, будто те возвратились из ада. Их внимательно выслушали, и Рутгер поймал себя на мысли, что смотрит на них совсем по-другому, пытаясь определить, что же в них изменилось. Почему-то ему казалось, что в них не могло что-то не измениться, ведь Древние проводили с ними какие-то непонятные, необъяснимые тесты. Может быть, у них появились какие-то новые способности, или наоборот, исчезли старые? Хортер задумчиво отвечал на все вопросы, и большей частью отмалчивался. Вальгер наоборот, рассказывал всё подробно, размахивал руками, и описывал комнаты так, насколько хватало его собственного воображения.