– Ювгеры могли и не заходить так далеко на юг. – Возразил Барс. – Может, они считают это злом, имя которого нельзя произносить? Потому-то он нам ничего и не рассказывал.
Аласейа не успел что-либо ответить. Возле Рутгера мелькнула тень Кали, и волкодав, ткнувшись влажным носом ему в ладонь, косясь на череп дракона, тихо заурчал. Это показалось таким знакомым, хорошим, что Стальной Барс улыбнулся, и потрепал пса по загривку.
– Мой воевода! – Послышался от костра голос Хортера. – В двух тысячах шагов от пещеры я видел большой отряд тварей!
– Сколько их? – Тут же спросил воевода, и услышал в ответ:
– Не меньше трёх сотен!
Нужно было уходить, и чем быстрее, тем лучше. Против трёхсот мутантов, пусть хоть какой будет выгодной позиция, четырём десятков вигов не устоять. Нужно подниматься на плоскогорье, где люди смогут увидеть тварей раньше, чем они приблизятся на полёт стрелы, и где ветер быстро заметёт их следы. Вести за собой монстров к входу в Улей совсем не хотелось. Конечно, они не смогут взломать стальной люк в скале, но они могут терпеливо дождаться нового выхода людей на поверхность, и напасть из засады.
* * *
Глава 27.
Лурфар не торопился, и Рутгер, понимая, что не так-то просто ответить на такой вопрос, не стал настаивать. Монах мог что-нибудь не понять, усвоить неправильно, и тогда, чтобы вернуться и уточнить, у них уже просто не будет шанса. Чтобы ещё раз пробиться, и встретиться с Древними, нужна будет сильная, возможно до пяти сотен, дружина.
После того как виги вернулись в Улей, и передали Михаилу двух пленённых мутантов, воины начали поговаривать о том, что пора бы собираться и домой. Что мог сказать на это воевода? Ему и самому не терпелось пуститься в обратный путь. В стране Лазоревых Гор шла война, и где же ещё они будут нужнее, чем не там? У них не было оружия Древних, зато теперь были книги, рассказывающие о жизни Богов с доисторических времён, когда до Апокалипсиса было ещё тысяча лет. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – именно это и нужно вигам на данном этапе развития. Четыре десятка закалённых в боях воинов небольшая сила, и не все смогут вернуться на Родину, но у них теперь были знания, с помощью каких можно было вершить великие дела!
Может быть, на принятие такого решения повлияло то, что они большую часть находились под землёй, лишь раз в три-четыре дня покидая Улей? Сама мысль, что над ними находятся сотни пудов земли, камня, давила и хотелось немедленно вырваться отсюда. Как же здесь могли существовать сами Древние тысячу лет? Сколько веков они ещё не выйдут на поверхность? Когда найдут средство жить под солнцем без риска для собственной жизни?
Лурфар поднял голову, медленно посмотрел на собравшихся возле костра воинов, и, сглотнув внезапно пересохшим горлом, будто сейчас от него зависела вся дальнейшая их судьба, осторожно произнёс:
– Мне нужно всего пару дней. Я знаю алфавит Древних, но чтобы понять, о чём говорится в книгах, мне нужно знать значение многих слов.
– Разве того, что ты знаешь, ещё недостаточно? – Хмуро спросил Сардейл. Наверное, ветеран никогда не поймёт монаха, как не сможет понять воин, надеющийся только на свой меч, человека, надеющегося на свою голову, и знания.
– Этого безумно мало. – Покачал головой Лурфар, улыбнулся, и поспешно добавил: – Всего пару дней! Остальное я смогу понять и сам. – Он выразительно посмотрел на большую стопку книг, заботливо укрытую своим плащом. Он готов был мёрзнуть, жертвовать всем, что у него есть, только сохранить подарок Древних, и донести его до страны Лазоревых Гор в целости. Это не те артефакты из Мёртвого Города, большей частью бесполезные, готовые рассыпаться от малейшего прикосновения. Эти книги тщательно подобраны Михаилом, и в них знания, действительно необходимые для вигов.
– Хорошо. – Подвёл итог Стальной Барс, чувствуя на себе десятки настороженных взглядов. Воины могли решить что угодно, но последнее слово всегда оставалось за воеводой. Конечное решение всегда принимал только он, выслушав своих друзей. Ему и самому хотелось убраться отсюда быстрее, и всё же, ему казалось, всего, уже полученного, мало. – Мы ждём ещё два дня. Я объявлю об этом Михаилу сегодня же. Может быть, даже сейчас. – Он обратил внимание на то, что Кали навострил уши, посмотрел на стальную дверь, откуда всегда появлялись Древние, и тихо заурчал.
Воины все, как один, облегчённо вздохнули, и воевода понял, что они давно уже ждали от него этих слов. Они тут же стали отходить от костра, чтобы заняться своими нехитрыми делами, словно боялись, что Рутгер может передумать, и они ещё останутся здесь на неопределённый срок.