Вальхар посмотрел вдаль, где возле скал ютились небольшие островки сосен, и уже начали желтеть листья на редких осинах и берёзах. Он любил раннюю осень. Любил опадающие листья, покрывающие сплошным разноцветным ковром землю. Любил начинающее остывать солнце. Любил незаметно, по мгновению укорачивающиеся дни, и это хмурое, затянутое дождевыми облаками небо.
Сзади послышались шаркающие шаги, и вождь клана оглянулся, встретившись взглядом с лекарем клана, Мирвером. Тот выглядел очень устало, постаревшим лет на десять, если не больше. Мешки под глазами набухли, натруженные руки с длинными пальцами чуть подрагивали, а в покрасневших от недосыпания глазах, застыла смертельная усталость. Да и сам он как будто сгорбился, стал меньше ростом.
– Ты плохо выглядишь, Мирвер. Так много работы?
– Да, мой вождь. Ещё никогда мне не приходилось так тяжело. Сегодня ночью умер ещё один твой телохранитель.
– Кто?
– Себер. Я ничего не мог сделать. С такими ранами не выживают. Как он протянул два дня, для меня до сих пор загадка.
– Он был очень крепок здоровьем. – Вальхар помолчал. Что говорить? Всё ясно и без слов. После таких ужасных ран вряд ли кто-то выживет. Мечи челман на многих воинах оставили свои метки.
– Меня часто называют колдуном, а я всего лишь лекарь, и я мало что знаю! Как бы хотел я быть всемогущим магом, и спасти всех раненых! Жаль, что это невозможно. Если бы я был одним из Древних Богов!
Вождь положил руку на плечо лекаря и сжал его:
– Ты почти один из Древних Богов. Сколько воинов ты поставил на ноги? Скольких вернул к жизни?
– Не знаю. – Честно ответил Мирвер. – Мой вождь, я думаю совсем о другом. Может быть, когда-нибудь наступят времена, когда не будет войн, люди будут умирать только от старости, а мне придётся лечить не раны, а лёгкую простуду?
– Когда-нибудь такое время действительно придёт. Не при нашей жизни, но оно обязательно будет. – Вальхар ободряюще улыбнулся. – А пока возьми себя в руки, и сделай всё что можешь, чтобы остальные воины пошли на поправку.
– Да-да, конечно. – В голосе лекаря опять прозвучала смертельная усталость. – Мой вождь, как ты себя чувствуешь?
– Мирвер, я – вождь. Я всегда чувствую себя хорошо. Я должен выглядеть уверенным, и вселять в людей надежду, даже если на это не остаётся сил. Я не принадлежу себе, как бы плохо мне ни было.
– Да. Наделённые властью обязаны интересы других ставить выше своих собственных интересов. – Лекарь опять тяжело вздохнул, и посмотрел в направлении Большой Марвейской дороги. – Скоро должны подъехать подводы с родственниками раненых воинов….
– Это ты хорошо придумал. Лица близких – вот самое лучшее снадобье от всех болезней. – Вальхар задумался. При воспоминании о жене радостно затрепетало сердце. Где ты, Арния? Спала ли, пока шла война? Съела ли хоть кусочек хлеба, пока звенели мечи? Как там сын? Всё такой же восьмилетний, любознательный егоза? Бессмертный Тэнгри, подскажи, что нужно сделать, чтобы ему никогда не пришлось воевать, чтобы он никогда не узнал, что такое смерть?
Вальхар вспомнил льняные волосы своей супруги, её бездонные, зелёные глаза, её переливчатый, заразительный смех. В её руках спорилась любая работа, и казалось, нет чего-то такого, что она не смогла бы сделать своими тонкими, изящными пальцами.
Женщины! Самое трудное – это быть женщиной вовремя становления мира. Они провожают своих хвастливых мужей на войну, и не знают, увидят ли их когда-нибудь вообще. Они безропотно остаются дома, и ведут хозяйство, приглядывая за детьми. Они без слёз отдают пятнадцатилетних сыновей в Храм Бессмертного Тэнгри, чтобы те обучались воинскому искусству, и терпеливо ждут, когда те вернутся домой возмужавшими, сильными, неузнаваемыми, в своих доспехах, и рогатых шлемах. Они должны быть сильными и мужественными. Потому что по-другому не выжить в этом мире, потому что так нужно клану.
– Что? – Переспросил Вальхар, осознав, что только что не расслышал вопрос лекаря клана.
– Мой вождь, Балвер погиб. Что теперь будет? Неужели всё останется так, как есть? Неужели ничего не изменится в лучшую сторону? На кого нам надеяться?
– Рано или поздно смерть настигнет любого из нас. Надежда всегда есть. Поверь мне, не всё ещё кончено, и есть человек, способный повести вигов за собой. Он ещё очень молод, и совершил только один подвиг, но придёт время, он наберётся сил, и бросит свой клич, собирая под своё знамя воинов.