С течением лет, мужские забавы с юницами ушли куда-то в сторонку. Бассейны с горячей водой и широкие койки сменились бильярдным столом, зелёным сукном для игры в преферанс, и необъятными полями для гольфа.
Оставались ещё посиделки в каком-нибудь дорогом ресторане. Причём, эти пирушки не превращалось в попойки с буйными воплями и «половецкими» плясками, как в прежние годы. Теперь всё протекало солидно и тихо, словно в каком-нибудь фешенебельном клубе. Там, где отдыхали весьма именитые английские лорды.
В Москве было много таких кабаков, куда часто заглядывал Феликс Русланович Банников. В одних он встречался со своими «друзьями» по бизнесу. Там между блюдами изысканной кухни, он обсуждал схемы отъёма бабала у всяческих «лохов».
Причём, этими «лохами» мужчина считал каждого жителя нашей России. Вернее сказать, тех лоботрясов, у кого не нашлось на счетах одного миллиарда в зелёненьких баксах. Олигарх даже как-то сказал журналистам. Мол, если у кого-то сейчас нет такой круглой суммы, то он может идти прямо в «жопу».
В других ресторанах, Феликс Русланович обедал только с чиновниками из дорогого правительства. И только с теми людьми, от которых зависело получение крупных контрактов.
В третьи «харчевни», мужчина наведывался совершено один. Садился за столик, стоящий в самом дальнем и тихом углу. Заказывал что-то такое, чего раньше не пробовал, и проводил дегустацию, как настоящий гурман.
Чаще всего, блюдо, которое выбирал олигарх, оказывалось весьма экзотическим. Например, хвост крокодила в кисло-сладком апельсиновом соусе или же игуана с горячим бататом.
Однако, больше всего нуворишу нравился тот ресторан, что находился в тихом центре столицы. Это был большой особняк, стоящий не в длинном ряду схожих зданий, а как бы отдельно от них.
Лет сто пятьдесят, а то и двести назад, в том тихом месте кончалась застройка столицы. Затем, начинались луга и поля, тогда окружавшие, маленький город. В те времена, за землю здесь брали относительно дёшево.
Поэтому, какой-то заезжий купец не стал мелочиться. Он приобрёл для себя сразу несколько обширных участков, расположенных рядом друг с другом и начал строительство.
Богач поставил высокий забор из чугунных решёток на толстых кирпичных столбах. Отступил от ограды на целых три сажени в каждую сторону, а в центре площадки воздвиг большой особняк. К нему примыкал скромный флигель для слуг и прочие службы, необходимые каждому барину.
Через несколько лет, перед фасадом огромного здания проложили широкую улицу, мощенную тёмным булыжником. С трёх прочих сторон построили много домов. Благодаря большому участку, они не примыкали к жилищу купца своими боками, а находились на небольшом расстоянии.
Богач приказал своим слугам вскопать землю вокруг резиденции и засадить её «английской» травой и цветами. Так и возник палисадник, во всём походивший на большие газоны, что часто встречаются в старой Британии.
С течением времени, Москва сильно расширилась в разные стороны. Окраина города далеко отодвинулась от данного места. Особняк оказался почти в центре столицы. Теперь каждый метр квадратный там стоил удивительно дорого.
Все хозяева дома были весьма состоятельны и не очень нуждались в деньгах. Несмотря на огромный соблазн, они не хотели застраивать свободную землю, что лежала вокруг прекрасного здания. Так оно и сталось стоять на просторной зелёной лужайке.
Потом, началась Великая Октябрьская революция, организованная пролетариатом в ходе «германской» войны. Капиталистов, купцов и других «мироедов» тут же прогнали за границу страны. Особняк перешёл во владение советских властей.
Прошло семьдесят лет. Как это часто случается в истории стран и народов, маятник развития общества снова качнулся назад. Выборные представители трудящихся масс, плоть от плоти всего населения, вдруг повели себя неподобающим образом.
Они объявили, что построение СССР оказалось ужасной ошибкой. Пока весь советский народ чесал свои репы и думал: – «Что будет дальше?» – прекрасное здание незаметно «уплыло» в чьи-то ловкие руки.
Особняк несколько раз продавали. Наконец, он оказался у одного армянина. Тот решил открыть ресторан для очень богатых людей. В здании провели реконструкцию и прекрасно отделали изнутри и снаружи. Особняк приобрел тот замечательный облик, который имел в начале двадцатого века.
Только он выглядел намного шикарней, чем раньше. В украшениях комнат и залов появились значительно больше золотого декора, прекрасной лепнины, мозаик и росписей. Возникли колонны и большие ступени из каррарского мрамора. Стены украсили гобелены с картинами в классическом стиле.