"Внимание, угроза ядерного удара!"
"По неподтверждённым данным, противник нанёс удар оружием массового поражения по городу М."
"Ядерный удар по К.! Всем в укрытие!".
"По данным спутниковой разведки, удары нанесены по столице, а также по ряду крупнейших областных центров".
"Воздушная тревога по всей территории страны!"
"Сигнал "Атом" по всей стране! Внимательно слушайте сообщения службы чрезвычайных ситуаций"
"Информация о ядерных ударах подтверждена со спутников. Однако пока невозможно понять, оружие какой мощности было использовано… "
Сухой шорох тысяч крыльев и странное скрежетание заполняет эфир. Я, просыпаясь, вскакиваю на своей узкой кровати. По всему телу струится пот, а голова будто сдавлена тросом гарроты. Сон?.. Я чутко прислушиваюсь к звукам ночи. Сонно сопит в своей лежанке кот, за окном слышится стрекотание цикад, заглушаемое пьяными голосами двух гуляк, которые решили выяснить отношения прямо под моим окном. Хоть и девятый этаж, но в дворе-колодце акустика очень хорошая, поэтому пьяную брань я слышу так, как будто могу коснуться спорщиков рукой. Обычная – спокойная, по меркам нашего городишки – ночь. Значит, действительно сон.
Я иду в ванную, не включая нигде свет, и долго стою под тугими струями воды, смывая с себя липкий пот и такой же липкий страх. Капельки воды попадают в уши, и я вздрагиваю – тогда они звучат для меня разрывами снарядов. Впрочем, это почти хорошо, потому что снаряды самые обыкновенные, осколочные. Возвращаться в сон, где меня снова встретит ядерный апокалипсис, совершенно не хочется, но у моего организма на этот счёт другое мнение. Чтобы не уснуть, всё-таки включаю на кухне свет и ставлю в ковшике воду на чай. Пока закипает вода, я снова погружаюсь в сводки с фронтов.
"В Д. серия мощных взрывов!".
"Противник предпринимает штурмовые действия на Н-ском направлении".
"Свыше трёх сотен случаев изнасилований гражданских лиц было зафиксировано в н. п. Б.".
"Силы обороны пытаются избежать окружения".
"За время конфликта погибло 283 ребёнка, ещё 570 ранены".
"Из-за повреждённых коммуникаций, в М. вспыхнула эпидемия холеры".
Мир будто накрыт чёрным полотном, за которым пересвистываются и шуршат неведомые существа с изнанки мироздания. Они породили этот бесконечный кошмар одних и тех же сообщений в разных сводках, со ссылками друг на друга. Я отрываюсь от экрана только после того, как слышу шипение воды, заливающей огонь. Завариваю себе крепкий чай, не жалея, сыплю три ложки сахара, и прихлёбываю, поминутно обжигаясь. Картины в голове сменяются как в диаскопе, одна страшнее другой. Собака тащит в зубах чью-то руку. Скрючившееся на земле обожжённоё тело с разинутым, будто до сих пор кричащим, ртом. В канаве валяется безногий труп, сквозь обгоревшие лохмотья мяса белеет тазовая кость. Надпись на стене мелом: "28.03. Мама умерла быстро. Прости меня". Рядом нарисованный домик и зависший над ним самолёт. Сухие строки протокола вскрытия: "Причина смерти – минно-взрывная травма". Я не в силах поверить, что люди могут совершать такое с себе подобными. Возможно, если все на свете одновременно замолчат и прислушаются, то каждый из нас услышит в голове тихий, вкрадчивый зов бездны: "Убей…".
Статистика: в городах разрушено … процентов жилого фонда, серьёзно повреждены инфраструктурные объекты. Сухие колонки цифр – тысячи погибших, десятки тысяч раненых, тысячи пропавших без вести, изнасилованных, расстрелянных, запертых в лагерях.
"Семья из четырёх человек, не выходят на связь с третьего марта… Помогите найти".
"Пропал без вести, последний раз был онлайн…".
"Т., изнасилованная солдатами, повесилась на стропилах в своём доме".
"По селу Т. нанесён удар термобарическими и фосфорными боеприпасами, количество жертв среди гражданского населения установить пока невозможно". …
Опять сон? Чай остыл. Сколько времени прошло?.. Время свернулось лентой Мёбиуса, и я проживаю один и тот же день. Как будто я подопытный в дьявольском эксперименте какого-то внеземного разума. Порой кажется, что я вот-вот проснусь окончательно, а за окном будет тихо падать снег, и что кошмар последних месяцев окажется просто длинным повторяющимся сном. И когда ткань реальности истончается так, что её можно разорвать рукой, по ту сторону сна я вижу их – медленно меняющих цвет странных существ с неестественно короткими крыльями и множеством конечностей. Они наблюдают за мной фасеточными глазами, и, словно переговариваясь между собой, издают низкое, почти инфразвуковое жужжание. От этого звука начинает болеть голова, а внешний вид загадочных тварей с каждой секундой внушает всё больший страх и отвращение. Они пришли из самых глубин космического пространства, чтобы наблюдать за нами и ставить свои эксперименты. Именно из-за них мой мир съёжился до этой кухни, чашки вечно остывшего чая на столе, новостных сводок и бесконечных ночных кошмаров. Они отобрали у меня голос, и я больше не могу кричать. Окна оказываются надёжно запертыми, ножи - тупыми, и я не могу даже покончить с собой. Всё, что мне остаётся – из раза в раз проживать один и тот же день, видеть одни и те же сны, и осознавать своё бессилие.