‒ Это что ещё такое? ‒ нарушил тишину Даня, выглядывая из-за спины старшего друга.
‒ Шмотки какие-то, ‒ Игорь осматривался по сторонам. ‒ Мне кажется, что откуда-то отсюда кричали…
‒ Блин, да какая разница, ‒ Даня нервничал всё сильнее. ‒ Что на тебя нашло?! Нам пора валить отсюда, и поскорее, пока они не вернулись…
‒ Ладно, пойдём, ‒ пересилив себя, Игорь закрыл дверь, и подростки направились назад к лестнице.
Уже спустившись на первый этаж, они услышали странное бормотание из-за одной из запертых дверей. Голос говорившего казался смутно знакомым, но что именно он говорил, разобрать было невозможно ‒ из-за толстой двери долетали лишь обрывки отдельных слов.
‒ Стой, Дань, там, кажется, кто-то есть, ‒ Игорь подёргал дверь, которая даже не шелохнулась.
‒ Какая нахер разница?! ‒ Даня бы уже кричал, если бы не пленивший его страх попасть в руки Славе и его подельникам. ‒ Тебе жить надоело, что ли?! Вон дверь, уже рядом, давай свалим отсюда, просто свалим, и побежим домой, хорошо?..
Тем временем голос за закрытой дверью стал звучать отчётливее. Уже можно было разобрать даже отдельные слова. Неизвестный бормотал какие-то цифры вперемешку с ругательствами, и тихо обращался по имени к кому-то невидимому. Страшнее всего, впрочем, был не этот бессвязный бред, а то, как звучал человеческий голос ‒ как шуршание гонимых ветром по асфальту сухих листьев, как треск фитиля угасающей свечи.
Игорь дёрнул дверь сильнее, она почти поддалась ‒ и тут же из-за двери раздался истошный визг:
‒ Нет, нет, пожалуйста, нет! Мамочка, я не хочу умирать! Не ходи сюда, тут только смерть, НЕ ХОДИ СЮДА!!! БЕГИТЕ, ПАЦАНЫ, СКОРЕЕ УХОДИТЕ!!!
Подгоняемые этими протяжными криками, от которых перехватывало дыхание, Игорь и Даня вихрем вылетели на улицу. Серая металлическая дверь за их спинами бесшумно, как будто украдкой, закрылась, отрезая от внешнего мира всё, что происходило внутри. Подростки бежали, пока хватало сил, и когда они остановились и наконец-то отдышались ‒ а вокруг уже были знакомые места, и рукой подать было до детской площадки с оборванными качелями и горкой, покрытой ржавыми пятнами, ‒ тогда Даня произнёс:
‒ Там, в доме… Это же был голос Серого за дверью, я тебе отвечаю.
***
Девушка поднималась на третий этаж замызганного подъезда. В подъезде пахло мочой и ветхостью, когда-то белёные стены ныне были кое-где закопчены и испещрены надписями ‒ Катя шлюха; гречка, меф, соль; мусора пидорасы. На щербатой ступеньке её нога подвернулась, и девушка, одной рукой цепляясь за перила, другой рефлекторно прикрыла живот. Вот и знакомая дверь. Девушка нажала на кнопку звонка, и внутри квартиры прозвучала резкая трель, сменившаяся тишиной. Выждав какое-то время, она позвонила ещё раз, но всё так же безрезультатно.
‒ Серый! ‒ постучала девушка. ‒ Серый, это я! Открой!
Тишина. Девушка принялась молотить в дверь кулаками:
‒ Серый, твою мать! Ты что, заснул там?! Открывай, нужно поговорить, ну!.. Серёжа, открой пожалуйста, это я, Таня!!!
Её голос уже начинал дрожать. Девушка продолжала стучать и звонить, но ответом ей всё так же была тишина, мёртвая и пустая. Пнув напоследок дверь, она выругалась и начала спускаться вниз, так и не заметив уголок торчащей из-за дверного косяка истрёпанной бумажки, на которой можно было различить слова: "...в соответствии с Федеральным законом N53-ФЗ от 28 марта 1998 года вы обязаны явиться…".
Зверь в Лесу
В одном далеком мире, что находится в одном из множеств измерений, стоял тёмный туманный Лес. Ветви его старых деревьев сплетались друг с другом, образуя непроходимые преграды, а колючий кустарник, усеянный ядовитыми цветами, надёжно перекрывал все подступы к опушке. Лес хранил свои тайны, мрачно шумя кронами под порывами ветра.
Жители окрестной деревни никогда не ходили в Лес, и боялись даже смотреть в его сторону. По преданиям, он был проклят, и человек, рисковавший войти под сень темных ветвей, пропал бы без вести, растерзанный страшными тварями, жившими в чаще, и кости его навсегда остались бы гнить в полутьме. Даже вечно любопытные дети боялись Леса, как огня, и немудрено - в непогоду в его тёмных глубинах мерцали призрачные огни и доносились странные звуки, напоминавшие одновременно плач младенца, хохот шакала и рычание росомахи. И стар, и млад в такие моменты затыкали уши и шептали себе под нос молитвы, прося богов уберечь их от вековечного зла. А за окнами бушевал ураган и ливень бичевал землю своими упругими струями, но даже грохот грозы не мог полностью заглушить звуки того, что обитало в Лесу.