В ту ночь над лесом разразилась особенно сильная гроза. Порывы ветра крушили огромные деревья, как спички, молнии сверкали так часто, что было светло, как днём - и над лесом и деревней особенно громко звучал тоскливо-зловещий полувой-полурёв. Напуганные крестьяне, собравшись вместе, шёпотом обсуждали, как им быть дальше. Кто-то говорил, что лес надо спалить целиком, другой ему возражал - мол, огонь перекинется на только взошедшие посевы, третий, особенно бесстрашный, предлагал организовать облаву на Зверя, договорившись с людьми из соседней деревни. Люди долго спорили и пререкались - но все голоса разом смолкли, когда в ответ уже знакомому вою из чащи леса прозвучал ещё один вой.
Услыхав неожиданный ответ, Зверь встрепенулся. Чувство смутного узнавания постучалось в его тёмную душу, но он всё ещё был настороже. Тем временем вой повторился уже ближе, и Зверь завыл в ответ, даже не подозревая о том, что от этой переклички в деревне началась форменная паника. Что-то приближалось из дальнего конца леса, и запах этого нового, неизвестного прежде, существа заставил Зверя затрепетать в ожидании. Вскоре напротив него стоял кто-то, так похожий на него - такое же длинное, похожее на змеиное, тело, крепкие ноги и хвост с ядовитым жалом на конце. Только похожая на иглы шерсть у нового гостя - вернее, гостьи - отливала красным и чёрным цветами. Какое-то время, застыв на месте, две пары светящихся красным светом глаз неотрывно глядели друг на друга, а затем Зверь и его подруга издали в унисон громкий, душераздирающий вой, который заглушил даже раскат грома.
Когда наступило утро, и набравшиеся храбрости крестьяне, заручившись помощью из соседней деревни, пришли в лес с факелами, топорами и вилами, на опушке их встретил уже не один Зверь, а два. Молча оскалив зубы, изогнув подрагивающие в ожидании ядовитые хвосты, пригнув головы к земле, Звери стояли плечом к плечу, сверля растерявшихся крестьян гипнотическими взорами, а их шерсть отливала чернотой лесного мрака и багрянцем свежепролитой крови. Затем Звери одновременно взвыли - этот вой бичом ударил по напряжённым нервам людей, и они побежали, бросая свои топоры и факелы, помышляя уже не об отмщении, а лишь о том, чтобы добраться до своих домов в целости.
С тех самых пор к Лесу не приближалась ни одна живая душа - а позднее и жители близлежащей деревни перебрались в другое место, где было тише и безопаснее. И по сей день в грозовые ночи над Лесом звучит парный вой двух Зверей - но нет в нём больше неизбывной тоски, а есть лишь ликование и первобытная радость.
Конец