Различны были космогонические представления египтян. Мы можем найти среди них и учение о мировом яйце, и о создании словом и просто звуком («он отверз уста среди молчания; он первый воскликнул, когда земля была безмолвна; крик его обошел ее»), о гончарном круге, на котором творец вылепил людей, и т. п. В Гелиополе учили, что бог Солнца поднялся из первобытного хаоса, отца всего сущего Нуна, в виде младенца вышел из цветка лотоса; потом он сам из себя или от своей собственной тени произвел пару Шу и Тефнут, от которой естественным путем родились Геб и Нут, родившие остальных богов. Люди произошли из Ока верховного бога, от творческой силы его слез; он отверз очи свои и стал смотреть ими, тогда засиял свет для людей — светила являются глазами солнечного божества. Бог Ра царствовал над созданной им вселенной как фараон, но состарился, и люди стали непокорны, особенно, когда премудрая Исида выпытывала от него таинственное имя его и тем приобрела над ним власть. Другая богиня, свирепая Хатхор, истребила бы непокорное человечество, если бы Ра вовремя не остановил ее, а сам не удалился на небо, предоставив царство по очереди происшедшим от него парам богов, пока престол не перешел к Осирису и Исиде.
Эта благодетельная пара заботилась о насаждении среди людей добрых нравов, порядка, культурной жизни, богопочитания; Осирис получил за это имя «Уннофр» (Онуфрий), что значит «Благой». Но ему завидовал его злой и сильный брат Сетх, который, пользуясь его отсутствием, захватил власть, а после его возвращения умертвил его. Исида нашла его разрубленное и раскиданное тело, оживила его, зачала от него сына Хора, которого родила и воспитывала в болотах, скрываясь от Сетха и охраняемая благожелательными божествами. Возмужав, Хор победил Сетха и судился с ним в Гелиополе, где боги и премудрый Тот оправдали его и разделили между ним и Сетхом Египет, отдав последнему Верхний Египет, а ему Дельту. Сам Осирис не остался на земле, а сделался владыкой загробного мира, и сначала царь, а потом и всякий усопший, желавший получить вечное блаженство, должен был уподобиться ему, подвергнуться тем же погребальным обрядам, тому же бальзамированию и знать те же магические формулы, которые были применены к Осирису его погребателями — Анубисом и Тотом; всякий покойник к началу эпохи Среднего царства именовался «Осирис имя рек».
Представление об Осирисе — одного порядка с семитическими и малоазиатскими — о юном страждущем божестве живительной силы земли, выражающейся в растительности, особенно хлебных злаках. Один из гимнов в честь этого бога восклицает: «Ра сияет над телом твоим... и плачет над тобой...
Выходит Нил из пота рук твоих... и божественное то, чем живут люди — деревья, травы, тростник, ячмень, пшеница, плодовые деревья. Если копают каналы или строят храмы, дома, возводят памятники, обрабатывают поля... все это на тебе... на спине твоей... Ты — отец и мать всех людей, они живы от твоего дыхания, они едят от плоти твоей. Предвечный имя твое». Здесь Осирис выступает совершенно земным богом, но верховный бог Солнца приведен с ним в тесную связь — он плачет по нем и сияет над его телом; в другом тексте мы читаем, что «сияние лучей его покоится на нем, как бы «соединяя отца с сыном». И это было задачей египетского богословия, стремление к разрешению которой стоит в связи с монотеистическими порывами, для которых слияние бога света и бога хтонического было, конечно, трудной, но весьма важной проблемой, так как Ра был верховным богом, знаменем высших достижений, Осирис — наиболее популярный и дорогой бог народной религии. И египетское богословие пыталось даже иконографически объединить эти два центральных образа, представляя Ра в виде осирисовой мумии с головой кобчика и диском солнца на ней и именуя его Pa-Хором горизонта-Атумом-Осирисом. Помощь отчасти оказало то обстоятельство, что и в мифе Ра, и в мифе Осириса есть элемент борьбы. Ра борется с змием Апопом, олицетворением мрака, который поджидает его каждую ночь во время его путешествия в своей ладье по потустороннему миру; Осирис, в лице сына своего Хора, борется с Сетхом, олицетворением бури и непогоды; Хор, сын Осириса, смешивается с древним солнечным Хором и сопоставляется с самим Ра, да и Осирис иногда, особенно в позднее время, получает характер божества ночного солнца или месяца, сохраняя характер и хтонического, не нильского божества.
Борьба света с мраком, плодородия с неблагоприятными атмосферными явлениями, смешавшись в представлениях народа, мало-помалу из космической стала превращаться в этическую. Ра и Осирис сделались олицетворением и носителями света нравственного, покровителями правды и вообще лучших сторон человеческой души; Апоп и Сетх, первоначально безразличные в этом отношении, становятся олицетворением злого начала, своего рода диаволами. Эта дуалистическая черта в египетской религии с достаточной определенностью проявляется в довольно позднее время, но этический элемент в ней заметен уже давно и находится в несомненной связи с религией Осириса, бога семейного и общественного уклада жизни, прообраза любящего супруга и первого вкусившего неправедную смерть, как земнородный, сын бога земли, чтобы, как сын неба и солнца, снова вернуться к жизни и удостоить той же участи всех своих присных.