***
- У нас совсем нет времени. Совсем.
Говорившая бабушка сидела на своей старой кровати в простом шерстяном сером платье и черной косынке.
В этой небольшой комнате помимо хозяйки собралось ещё три гостьи.
Одна из них сидела за маленьким столом у окна. Она была одета в коричневое платье и тоже в черном платке.
Вторая гостья села на табуретку у старой печи, которую зимой ещё топили дровами. Она была во всем черном.
Третья пожилая дама, в черной юбке и синей кофте с жабо стояла в углу комнаты.
- Что делать со свободным местом? – спросила стоявшая дама, старейшина Екатерина.
- Нам нельзя оставлять место старейшины пустым на долго. Договор обязывает. – сказала Нина, самая маленькая и худенькая старушка, сидевшая за столом.
- Да, другого выбора нет, - согласилась Валентина, хозяйка дома в котором собрались старейшины.
За маленькими окнами домика громко заворковав и шумно затрепетав крыльями пролетел белый голубь. Он пролетел мимо окон в сторону входной двери.
Через несколько секунд, отвлекшиеся на птицу дамы, решили продолжить обсуждение, но тут вдруг в окна ударил яркий луч солнечного света. Затем в комнату вошел старец в сером мешковидном балахоне. Седой старик, улыбнувшись, осмотрел умолкших бабушек и без лишних слов и приветствия сел на свободный стул у столика.
Все старейшины поднялись со своих мест.
- Рада приветствовать тебя, благой вестник, в своем доме – почтительно приветствовала старца Валентина.
- Вы кстати вспомнили о Договоре, - сказал чистым и мягким голосом старик.
- Мы помним и чтим его – отозвалась одетая во всё черное пожилая дама, Майя. – Вера…, - она хотела что-то спросить или сказать об усопшей сестре, но смолкла под пристальным взглядом старика.
- Душа её упокоена. Она в Её чертогах, - старик поднял палец и указал на висевшую в углу у входа икону Богородицы с младенцем на руках.
На этих словах послышался стук калитки во двор. В комнату забежал взволнованный внук Валентины, Саша.
Парень остолбенел на входе в комнату. Во-первых, он не ожидал увидеть у бабушки столько гостей, а во-вторых он удивился странному старику, которого видел утром в школе, после чего случился тот странный случай с мячом в спортивном зале. Саша прошел в комнату не сводя глаз со старика:
- Здравствуйте, - неуверенно поздоровался он.
Кажется, удивлены были все, кроме самого старика.
- Здравствуй юноша, - ответил тот.
- Ба, ну я пойду тогда. Завтра забегу к тебе в гости.
На этих словах Саша выбежал из дома.
- Почему ты позволил ему узреть тебя? – удивленно спросила старейшина Нина.
- Вот с этим я и пожаловал к вам, - сказал старик
Он встал, теперь в комнате стояли все. Старик продолжил:
– Вы были поддержаны и благословлены. Четверо из вас одной крови. Одна чужой – он посмотрел на Екатерину, - но была принята как сестра. Узы крови ценятся и они священны. Но вы прервали свою магическую ветвь.
Все старейшины переглянулись. Они понимали о чем говорит старец. Сильные маги могут жить многие века. Иметь потомство таким волшебникам дано лишь в первый и последний свой век. Почти все первые дети старейшин были так или иначе убиты. Они пали жертвой подлых врагов старейшин, которые не могли победить их в честной схватке. Били через родных. Те же, кому суждено было выжить, спустя несколько веков стали жертвами инквизиторов.
Все их дети наследовали великий магический потенциал своих матерей. Но отсутствие должного опыта или ума делали их легкой жертвой. Пройдя череду мучительных погребений своих отпрысков, старейшины в свой последний век решили не повторить допущенных ошибок.
Они провели над своими детьми еще в их юношестве обряд по подавлению силы. Благословенный ритуал подавил силу их детей, и далее на три колена, у их внуков, правнуков и праправнуков. Взамен подавленной магии ритуал даровал благословение и защиту от магического воздействия любого рода. А тому магу, который причинял вред через светское оружие или был причастен к оказанию такого вреда, грозило немедленное проклятие. Таким образом, старейшины обеспечили безопасность своим последним детям.
- Мы благодарны за помощь в Благословенном ритуале, - заметила Нина.
- Небеса чтят святость крови, - повторился старик, - а потому, мы сочли необходимым вернуть силу младшему из второго колена.