27. Знакомство
Следующая неделя была тяжелой и насыщенной. Мария пыталась наверстать все время, что они потратили на поход, и думала, чем бы еще разнообразить рацион, с учетом добавившихся ртов.
Девушки освоились быстро, а про Мару так и вообще говорить нечего. Та, первым делом соорудила себе самую большую лежанку подальше от входа и поближе к костру, а потом обошла все, что могла, засунула нос в каждый уголок, уточняя для чего-то или иное и давая советы по заготовкам, исходя из своего жизненного опыта.
Мария только удивлялась. Если старая женщина знает так много, то почему племя так и живет по старинке, не применяя имеющиеся знания?
— Глупые, — отмахнулась Мара на закономерный вопрос, и сунула Марии под нос пахучую травку, — хорошо для мяса. Вкусно есть и лежит долго.
Женщина покивала, нюхая и запоминая новый ингредиент, а бабулька сунула ей уже новую веточку.
— Мелко резать, мять и на раны положить. Быстро заживет, — сказала она хитро и покосилась в угол, где так и лежал бессознательный мужчина.
Мария аж рот открыла от такого фонтана невиданной щедрости, а Мара снова зарылась в так и не разобранные корзины и собрала уже знакомый пучок трав.
— В горячую воду и пить, — напомнила она и отвернулась, словно и не давала только, что бесценных советов по выхаживанию раненого мужчины.
Мария Александровна только усмехнулась и, вставая, благодарно похлопала по плечу вредную старушку. Та лишь скривилась в ответ, но Мария уже увидела, как в глубине глаз мелькнуло удовольствие от признания ее заслуг, и улыбнулась ободряюще.
— Ты молодец, — призналась она и пошла в очередной раз осматривать больного, а также вливать в него лекарство, что, учитывая бессознательное состояние мужика, было не так-то и просто.
Мужчина приходил в себя долго. Только на третий день он открыл мутные глаза, чем и воспользовалась Мария, напоив его отваром, а потом и просто крепким рыбным бульоном. Кажется, тот порывался что-то сказать, но женщина лишь похлопала его успокаивающе и заверила, что все хорошо, а мужчина, не имея сил, лишь прикрыл глаза и снова вырубился.
На четвертый день Арен, как мысленно называла его Мария, приходил в себя уже дважды, что позволило не только напоить его, но и запихать в мужика пару кусочков разваренной, размятой рыбы.
Время тянулось долго и скучно.
Чтобы не терять времени зря, Мария отправила девчонок с Корой во главе, на озеро собирать и сушить бананы с присмотренной в прошлый раз плантации, а потому, теперь ей самой приходилось наблюдать за больным, боясь отойти надолго.
Была, конечно, мысль попросить присмотреть за мужиком Мару, но та так скривилась, что стало понятно, что помощи в этом вопросе ждать бесполезно. Вот и оставалось только обтирать болезного мыльным раствором, менять травяные примочки, да поить по возможности.
Ах, да! Еще пришлось периодически гонять навязчивого Гана. Почему-то он решил, что запрет на посещение пещеры это не серьезно и всячески пытался просочиться внутрь. Мария даже заподозрила его в корыстных каких-то целях и зорко следила за тем, чтобы он не приближался к больному. Очень уж рьяно тот пытался доказать, что Арен бесполезный балласт, от которого надо избавиться.
В общем, в таких перипетиях и проходили дни, пока, наконец, на пятый день больной не только окончательно пришел в себя, но и попытался подняться.
Мария даже зашипела от такого безрассудства.
— Лежать, — рявкнула она и подхватив покачнувшегося мужика под руку, пристроила обратно, — ты чего вскочил то? — Возмутилась она, — у тебя раны такие, что лежать еще и лежать надо.
Мужчина тяжело дыша — видимо усилие подняться подкосило его, устроился на месте и внимательно осмотрел женщину и помещение.
— Где? — С запинкой спросил он.
— Что, где? — Мария недовольно засопела, — если ты — то в моей пещере, а если тагр, то вон то, что от него осталось, — она кивнула на так до конца и не выделанную шкуру — все же усилий это требовало не мало, и сморщилась, — а если ты про этого, — она кивнула в сторону нарисовавшегося у входа Гана, — то и он здесь….
Мужчина проследил по указанным направлениям, удивленно вскинул брови, разглядев шкуру и недовольно нахмурившись при виде попутчика, прикрыл глаза.
— Эээ, нет! — Тут же отреагировала женщина, — мы так не договаривались! — она не сильно похлопала мужчину по заросшей щеке и потянулась к отвару, — сначала пить, потом есть, а потом спи сколько влезет.
Если Арен и хотел что-то возразить, то против напора Марии шансов у него не оставалось, а потому пришлось глотать сначала горьковатый напиток из странной чаши, а потом еще один, хорошо и вкусно пахнувший рыбой. В животе у Арена заворчало и он, сглотнув голодный спазм с надеждой уставился на женщину.