Но если кто-то терпел поражение на этом трудном пути в данной или предыдущей жизни, карма – закон причины и следствия, действующий во всех жизнях, – настигала его.
В поздних Ведах говорится, что кроме представителей уже описанных каст существуют люди, не обладающие положением и привилегиями дважды рожденных. Эти люди, шудры, самые презренные в обществе, были не только лишены права участвовать в ритуалах просветления, к ним относились как к имуществу высших каст, как к домашнему скоту или утвари. Расслоение индоарийского общества, поначалу основанное на способностях его членов, утвердилось в жесткой наследственной кастовой системе с привилегированными высшими классами и гильдиями ремесленников, а также лишенными всех гражданских прав слугами, названными «неприкасаемые». Каста «неприкасаемых» сохранилась и до наших дней.
Брахманы поддерживали свой высокий статус тем, что только они могли проводить религиозные обряды и руководить совершением ритуалов. Они и только они хранили в своей памяти Веды и передавали их следующим поколениям. Брахманы требовали следовать священным писаниям в каждом возможном случае и при этом взимали немалую плату за услугу найти нужный совет в Ведах. Они оказывали давление даже на всесильных вождей племен, высасывали богатства из класса торговцев и делали все, чтобы шудры, лишенные права участвовать в религиозных обрядах и даже наблюдать их, оставались на дне общества.
Существование этого жесткого, незыблемого разделения общества и власти объясняет одну из тайн Темной Ведийской эпохи – отсутствие больших городов. Когда правящий класс живет в союзе с классом жрецов, а их власть осуществляется так, как определено ритуалом, четким законом, нет настоятельной потребности для создания сложной общественной администрации. Когда накопление богатства строго контролируется, нет необходимости в торговых центрах. Таким образом, в обществе, описанном в «Ригведе», жизнь должна была сосредоточиться в деревнях и религиозных центрах. И действительно, археологические находки, относящиеся к раннему ведическому периоду, подтверждают это.
Таким образом, при изучении Вед может быть получена скупая, но довольно ясная картина процесса развития индоарийского общества. Однако без ответа остается вопрос – а кем же были люди, жившие на этих территориях и противостоявшие индоариям, как все эти народы взаимодействовали друг с другом? По этому вопросу Веды не говорили ничего конкретного, называя всех неариев такими общими именами, как, например, «пани» и «дасуи». Иногда добавлялись презрительные определения типа «темнокожие» или «курносые».
Более внимательный анализ Вед, сделанный лингвистами, показал, что индоарии не всегда так презрительно относились к местному населению. В языке Вед, санскрите, были обнаружены следы дравидийского языка, произошедшего, по мнению многих ученых, от хараппского языка. Такие заимствования из чужого языка могли быть сделаны только после продолжительных и тесных контактов с аборигенами, включая смешанные браки и принятие местным народом ведической религии. Имя одного из ведических героев, как оказалось, происходило от слова «дасуи», или «местный», кроме того, имена нескольких брахманов в поздних Ведах определенно неарийского происхождения.
Археологи проводили раскопки, стараясь расширить полученные из Вед знания об индоарийском обществе и установить, какие народы были врагами индоариев. Результаты их исследований вначале показались очень странными. Большинство ученых пришло к выводу, что никакого военного противостояния не наблюдалось вовсе, а было сокрушительное подавление культуры местного народа, кто бы он ни был, индоариями. Целый ряд археологических находок – клады медных изделий, обломки керамической посуды и материалы начала железного века – все подтверждало этот вывод. Идея расценить эти находки как оставшиеся следы стремительных кочевников была легко опровергнута.