Вся площадь города принадлежала Атону. Это его земля, место, где он воплотится. В большой речи, обращенной к придворным, воинам и приверженцам, царь объяснил, что Атон пожелал обосноваться в городе. Не кто иной, как сам бог выбрал эту местность. Царь повелевал, чтобы его тело доставили сюда, даже если он умрет в другом месте. Бык Мневис из Гелиополя будет также предан земле в Ахетатоне (обещание, по-видимому, так и не было выполнено). Такие подробности доказывают, что царь поддерживал тесные связи с самыми древними культами. Придворные, очарованные речью царя, заверяли, что весь народ придет принести жертвы Атону. Солнце дает жизнь всей вселенной; справедливо будет отблагодарить его.
Эхнатон объявил: «Сам Атон, мой отец, привел меня в этот город горизонта». Земля, где будет выстроен город, принадлежит небесному отцу, который создал все сущее – горы, пустыни, луга, острова, плодородные почвы, землю, воды, людей и животных. В день официальной закладки города его величество появился на колеснице из электрона (сплава золота и серебра), запряженной парой коней. Царь был подобен Атону и объял своей любовью Обе земли.
Город Атона построили очень быстро. Через четыре года после начала работ в нем уже обосновались многочисленные жители. Такая скорость объясняется подчас низким качеством сооружений. В рамках пропаганды против Ахетатона кое-кто представлял дело так, будто первыми адептами нового бога были преступники, сосланные в каменоломни, чтоб искупить свои преступления.
Трудно даже представить себе великое переселение народа из Фив в Ахетатон. Множество чиновников, писцов, жрецов, воинов, ремесленников, крестьян покинули обжитые места и последовали за фараоном. Строили город великие мастера, зодчие, ваятели. Но Эхнатон дал им слишком мало времени на строительство светских и религиозных зданий. Широко использовался кирпич-сырец. Градостроительный принцип был прост и ясен. Город с широкими аллеями, зелеными зонами, парками, огромными жилищами знатных людей выглядел радушным. Планировка была такова, что солнце проникало во все углы.
Сердце города – великий храм Атона. Его длина приблизительно 800 метров, ширина – 300. Его назвали «храмом поднятого камня» (бен-бена), намекая на один из главных символов гелиопольского храма. Бен-бен – таинственный камень, на котором впервые поднялось солнце. Огромный храм отличался от других святилищ XVIII династии: здесь не было сумрачных залов, где культы отправляются тайно от всех. Анфилада дворов под открытым небом вела к великому алтарю Атона. Вместо древнего бен-бена была воздвигнута большая стела, где был изображен поклоняющийся Солнцу Эхнатон с семейством. Главное назначение храма – служить местом жертвоприношений. В нем было множество алтарей для почитания всемогущего Солнца.
Не следовало бы забывать, что все фараоны, начиная с V династии, считались «сыновьями Ра». Монархи Древнего царства, создавшие эту титулатуру, приказывали строить храмы во славу Солнца. Самый знаменитый из них – храм Ниусерра (2420–2396 годы до н. э.). Он возведен в местности Абу-Гураб к северу от Абусира, южнее Гизы. Перед входом в долину стоял храм приема. От него дорога поднималась к самому храму, культовым центром которого был обелиск с основанием в виде усеченной пирамиды. Несомненно, великий храм Гелиополя времен V династии послужил моделью для солнечных святилищ и хотя бы отчасти для великого храма Атона в Амарне.
Фасад необъятного царского дворца тянулся приблизительно на 800 метров. Он был расположен по главной оси города и соединялся с личными апартаментами фараона висящим над улицей крытым переходом. Во дворец попадали через сад, разбитый на террасах. Эхнатон желал смотреть на свой город сверху и поместил свое временное жилище на возвышенном месте, чтобы быть ближе к солнцу. Развалины свидетельствуют, что в великолепном декоре широко использовались растительные мотивы: виноградные лозы, цветы, заросли папируса воспроизводят роскошный мир природы. Севернее дворца существовал своеобразный зоосад. При раскопках там нашли загоны для зверей, кормушки и фрагменты декора, воспевающего животный мир. Возможно, здесь содержались редкие экземпляры фауны.
Амарна желала быть столицей. А потому в ней строился квартал «министерств», хранилище государственной казны, школа для чиновников, кварталы торговцев и работников, где самые маленькие дома состояли из четырех комнат.
Несомненно, Эхнатон задумал еще один грандиозный проект – возвести две другие солнечные столицы, одну на юге Египта – ее следы были обнаружены, другую на севере, может быть, в Сирии; ее расположение не установлено.