Археологов не удивило, что среди раскопанного в гробнице были останки 16 человек – мужчин, женщин и детей – и шести собак, принесенных в дар обитателю гробницы. Человеческие жертвоприношения были обычным делом во времена Шан. Роскошь погребальных предметов в гробнице № 5 указывала на то, что в ней захоронен человек, который занимал высокое положение в царском доме. От его тела ничего не осталось: оно разложилось за три тысячи лет. Но когда надписи на предметах, найденных в гробнице, были расшифрованы, сразу же стало ясно, кто был погребен в этой могиле. Ее имя, написанное на костях животных и черепашьих панцирях, найденных в Аньяне, было Фу Хао. Про эту женщину было известно то, что она являлась одной из любимых и самых влиятельных жен У Дина, царя из династии Шан, правившего в XIII веке до н. э. Считается, что У Дин правил 59 лет и в течение всего этого времени отдал много сил и энергии организации и руководству военными походами. По меньшей мере двумя из этих походов руководила его супруга Фу Хао, по праву являвшаяся генералом. Как гласят надписи, обнаруженные в других местах, эта неординарная женщина командовала армией из 13 ООО человек в сражениях против племен Цян, живших к западу от царства Шан и считавшихся его исконным врагом, и возглавляла набег на государство Ту Фан, расположенное на северо-западе. Фу Хао была хозяйкой крупного земельного владения, расположенного за пределами столицы, и официально участвовала в некоторых придворных церемониях, посвященных духам и предкам Шан, что входило в обязанности только самых почетных представителей царского рода. Говорят, что сердце У Дина было разбито, когда он узнал о смерти Фу Хао. Традиция утверждает, что он выплакал реки слез на ее похоронах и она часто являлась ему в снах.
В течение тысячелетий таинственная Шан волновала воображение китайских любителей древности, была предметом спекуляций и фантазий. Китайский философ Конфуций, живший в VI веке до н. э., говорил в отношении Шан: «Как можно говорить о их церемониях? Нет ни документов, ни знающих людей». Еще больше был скептицизм историков начала XX века. Они считали легендой древние письмена, помещавшие Шан в середину трех династических эпох, почитаемых как «Золотой век» древнего Китая. Двумя другими династиями были Ся, предшествовавшая Шан, и Чжоу (1050—771 годы до н. э.), следовавшая за Шан. Пренебрегая первыми двумя, многие историки и археологи считали, что история Китая начинается с династии Чжоу.
Причиной такого широко распространенного скептицизма было отсутствие памятников и предметов, относящихся ко времени правления династий Ся и Шан. До наших дней не сохранились храмы и дворцы этих династий, что и неудивительно, так как каждая последующая династия разрушала здания предыдущей и выстраивала свои на их руинах. Что касается династии Шан, то ее архивы были разворованы после захвата ее столицы победоносными Чжоу примерно в середине II века до н. э., а уцелевшие документы поглотило время. И до тех пор пока археологи, стремясь заглянуть в далекое прошлое Китая, не начали вести серьезные раскопки на его территории, древняя история этой страны имела неясные очертания.
Работа археологов в Китае может считаться эффективной по той простой причине, что в далекие времена в Китае в могилу вместе с телом покойного клали предметы его повседневной жизни. Даже самый бедный получал пару монет, для того чтобы оплатить вход в потусторонний мир или занять там особое положение. Две причины подталкивали людей к подобным действиям. Самой главной была та, что древние верили в продолжение жизни предков в ином мире, в таком царстве, двери которого могут открыться только для тех, кто при жизни продолжает проявлять к ушедшим прародителям должное уважение. После эпохи Шан была распространена вера в то, что родственники должны получать средства для спокойной жизни в потустороннем мире, только так, считали живые, можно надеяться в дальнейшем на их совет и благоволение.