На смазывание укусов они потратили куда больше времени, чем требовалось. Впрочем, это могло продолжаться и дольше, но Алессан умудрился измазать соком губы. Тёперь у него щипало язык и горело во рту, что, впрочем, не испортило ему настроения. Смеясь, они вернулись в заросли игольчатых шипов...
Когда сумерки сделали дальнейшую работу невозможной, сборщики встретились на каменистой площадке под скалой возле бронзового Набета.
— Набет говорит, — сообщил Б’лерион, дружески похлопывая дракона по плечу, — что из всех живых существ сейчас не спят лишь огненные ящерицы да мы с вами. Надеюсь, мастер Капайм, мы набрали достаточно игл, потому что моя бедная рука, — он продемонстрировал всем свою исцарапанную руку, — сегодня уже достаточно потрудилась!
Капайм и Десдра испытующе глянули на мешки с пакетиками игл и переглянулись.
— Может, кто-то из вас сообразил считать иглы, пока собирал? — с надеждой в голосе спросил лекарь.
— Знаешь, что я тебе скажу? — ответил за всех Б’лерион. — Сейчас я их пересчитывать не собираюсь.
— Я совсем не имел этого в виду! — запротестовал Капайм.
— Однако, — спокойно продолжал бронзовый всадник, — я с удовольствием вернусь в это уединенное местечко добрать недостающие колючки. Ну, если их все-таки окажется недостаточно.
— Только не сюда, Б’лерион, — предостерегла его Морита. — Если в самом деле придется лететь за ними еще раз, то отправляйся в Нерат. Но только не сюда.
— Ну, разумеется! Нам совсем не нужен временной парадокс. А луны, кстати, в Нерате будут выглядеть примерно так же, как и в Исте.
— Ладно, тогда решено, — устало сказал Капайм. — А теперь пора возвращаться.
— Как раз наоборот, мой любезный мастер целителей, — с усмешкой возразил Б’лерион. — Если мы сейчас вернемся, то это наверняка вызовет массу ненужных вопросов. Подумай сам: мы покидаем Руат полные сил и энергии, а час спустя возвращаемся голодные и буквально валимся с ног от усталости. Оклина, где наш обед? Устраивайтесь, поудобнее, друзья. Обопритесь о Набета. Он большой, его на всех хватит.
Оклина передала всаднику корзину, забитую кусками глины.
— Я тут немного порыбачил во время отдыха, — признался Б’лерион. — А Оклина нашла кое-какие съедобные клубни. И мы решили все это запечь. Солнце здесь в полдень жарит не хуже печки, и камни — горячие, как сковородка. От доброй трапезы еще никому хуже не бывало, не так ли, Морита? И знаешь, что я тебе скажу? Если вы с Алессаном притащите несколько дынь, то у нас получится пир, достойный... Запечатления! — Б’лерион так быстро и ловко заменил одно радостное событие другим, более уместным в этой компании, что только Морита заметила обмолвку.
На всякий случай не позволив Алессану вымолвить ни слова, она тут же потащила его за дынями. Оба прекрасно знали, где растут эти аппетитные плоды — не раз и не два прерывали они работу, чтобы утолить жажду сочным ароматным ломтиком.
— Это все Б’лерион придумал, — объясняла Оклина в ответ на благодарности за прекрасный обед, — и он поймал рыбу голыми руками!
— А тебя он научил так ловить? — прищурился Алессан.
— Нет, — последовал невозмутимый ответ. — Я и так уже умею. Мне показывал Даг... В наших речках такой способ работает ничуть не хуже, чем в Исте.
Алессан лишился дара речи от удивления.
— Знаешь, — сказал он на ухо Морите пару минут спустя, — я пришел к выводу, что моя сестра вполне достойна жить в Вейре.
— Ну, Б’лерион, ты молодец! — одобрительно промычал Капайм, за обе щеки уплетая печеную рыбу.
— У меня множество талантов, — скромно сознался всадник. — Хорошо поесть — одна из моих маленьких слабостей. Фрукты прекрасно освежают в полдень, но перед сном желудок требует чего-нибудь посущественней...
— Перед сном?! — в один голос возмутились Капайм и Морита.
— Именно перед сном! — сурово поглядел на них Б’лерион. — Тебе, — он показал на Мориту, — через несколько часов лечить раненных драконов. Ты просто не справишься с этим после целого дня работы. Ты обязана отдохнуть. Алессану тоже предстоит немало дел, а про наших целителей я уж и не говорю. В общем, после обеда нам всем полезно соснуть. Когда Белиор поднимется над горизонтом, мы встанем. А разбудит нас Набет. — Он потрепал дракона по длинной шее. — Разбудишь, радость моя, ладно?
— Б’лерион, — сердито сказала Морита, — мне и в самом деле пора возвращаться к своей королеве.
— С Орлитой все в порядке. Не забывай, сколько бы ты тут не проспала, в Руат ты вернешься всего через час после вылета. Лучше погляди на себя — ты же засыпаешь на ходу! К тому же, выбора у вас всех нет, — он широко улыбнулся. — Без Набета не вернешься, а он слушает только меня.