— Отвези нас в Плоскогорье.
Подумать только, посадить их на кромке чаши! Холод Промежутка не остудил ее ярости, а Арит перестал трястись лишь тогда, когда услышал, как их приветствует сторожевой дракон Плоскогорья.
— Скажи Ариту, пусть спросит разрешения приземлиться в чаше у вейра Тамианты. Объясни, что мы прилетели с Поиском.
— Я уже это сделал, Морита, — сказал М’барак, — В Плоскогорье нам рады. Арит говорит, что Тамианта заворковала.
Когда голубой дракон спустился ниже, их слуха достигли протяжные трели Тамианты. Б’лерионов Набет выскочил из своего вейра. Ганарт С’лигара вылетел так, будто им выстрелили из пращи, бестолково хлопая крыльями и издавая хриплые крики.
Арит приземлился. Радостно ухмыляясь, М’барак повернулся к Морите; теплый прием явно улучшил его настроение. Затем всадница увидела Б’лериона. Он стоял под широкой аркой у входа в вейр учеников, где находилась раненая Тамианта, и приветственно махал здоровой рукой; потом потрусил навстречу гостям.
— Одно словечко наедине, — сказал он, обнимая Мориту. — Вчера ночью я возил Десдру и Оклину на плантации в Нерат. Теперь шипов точно хватит. Никто ничего не заподозрил.
Затем, уже нормальным голосом, продолжал:
— Крыло Тамианты заживает, С’лигару лучше, солнышко светит, в Вейре все хорошо, а мы с Прессеном только что водили Фальгу прогуляться. Кстати, моя дорогая, Прессен очень высокого о тебе мнения. К’рнот может сколько угодно повторять, что все сделала Диона, но мы-то знаем, как оно все было на самом деле! После вчерашнего Падения ранами драконов занимался Прессен. А в свободное время он выпытывает у Фальги все, что она знает о лечении наших зверей. Хороший парень этот Прессен! Его расспросы помогают Фальге... дают ощущение, что она не сидит без дела, но приносит какую-то пользу. Ну, вот мы и пришли. Фальга, явился наш главный водонос.
Первое, что заметила Морита — громадную лохань слева от Тамианты, полную до краев. Рядом — аккуратная стопка ведер.
Б’лерион довольно ухмыльнулся.
— Моя идея! Каждый, кто хочет навестить Фальгу, делает крюк к озеру и приносит полное ведро воды. Раз в два часа кто-нибудь из учеников относит пустые ведра обратно на берег. Если посчитать, сколько в этом корыте ведер, сразу станет ясно, что посетителей у Фальги хватает.
Г оспожа Плоскогорья полулежала на широкой кушетке, откинувшись на подушки; Морита с радостью отметила здоровый цвет ее лица. Фальга рассыпалась в благодарностях, но, заметив смущение гостьи, остановилась и попросила ее осмотреть крыло королевы. Что Морита с охотой и сделала.
«Холта говорит, что Орлита спит», — услышала вдруг всадница голос Тамианты.
Вздрогнув от неожиданности, Морита взглянула на Фальгу; та, казалось, была поражена не меньше, но ободряюще улыбнулась в ответ.
— Ты прилетела с Поиском, — начала она. — Но по-моему, собирать кандидатов еще рано.
Фальга жестом пригласила гостью присесть на край кушетки. Заколебавшись, Морита глянула на Прессена, но тот был чем-то занят в другом конце обширной пещеры.
— Я здесь не только из-за этого...
— Что же еще стряслось? — Фальга откинулась на подушки.
— Ничего, пожалуй, но мастеру Капайму нужна наша помощь.
Быстро — в который уже раз! — она рассказала о грозящей опасности. Б’лерион так искренне изумился, словно слышал все это впервые.
— Некоторые области Набола, Крома и Плоскогорья полностью изолированы. Мастер Капайм считает, что они могут подождать, ведь у вас такие потери...
— Морита, после того, как ты спасла мою королеву, ты можешь требовать от нашего Вейра все, что угодно... за исключением С’лигара и Гайнарта. К счастью, — Фальга весело расхохоталась, — он уже не в том возрасте... Б'лерион, насколько мне известно, ты летаешь сквозь время, когда заблагорассудится. Так что тебе и карты в руки. Возьмешь организацию этого дела на себя. И потом, вряд ли найдется хоть один холд, где бы у тебя не оказалось девушки или двух...
— Фальга! — Б’лерион мастерски изобразил возмущение и обиду. — Ладно, Морита, покажи мне графики мастера Капайма.
Из него вышел бы прекрасный актер. Он изучал карты и записи так, как будто видел их впервые.
— Морита, — Фальга задумчиво глядела на нее. — Если Тамианта сказала, что твоя золотая спит, то Плоскогорье не первый Вейр, посещенный тобой.
— Свой самый любимый Вейр я оставила напоследок.
— Холта только что сообщила Тамианте, что из Телгара прибыл Рейлинт со своим юным всадником, оба сильно возбужденные. Это как-то связано с твоим визитом?