Наконец, они доставили последнюю партию вакцины; мешок на спине Холты опустел. Они находились в маленьком западном холде посреди громадной равнины. Хозяин разрывался между желанием поскорее вакцинировать людей и животных, пока еще не стемнело, и стремлением проявить гостеприимство.
— Иди, у тебя же дел полно, — сказала Морита. — Мы все равно летим домой.
Цветисто поблагодарив ее, холдер начал раздавать бутыли своим помощникам.
Морита чувствовала как дрожит тело старой королевы.
— С Орлитой все в порядке? — спросила она, поглаживая Холту по шее.
— «Я слишком устала, не могу думать так далеко».
— Ну что ж, один последний прыжок, Холта, и все.
Старая королева устало собралась для прыжка.
Они ушли в Промежуток.
— Не пора ли Морите вернуться? — голубой всадник нервно расхаживал взад-вперед.
Лери отвела от него взгляд. Его беспокойство только усиливало ее тревогу. Она раздраженно дернула плечом и посмотрела на Орлиту, мирно дремавшую рядом со своей кладкой.
— Бери пример с Орлиты. Она совершенно спокойна. И я не буду сейчас лезть к ним с вопросами. Момент может оказаться неудачным. Ну и устали же они, наверное.
Лери стукнула себя кулаком по колену.
— Я этого М’тани на кусочки разорву! А Холта займется его бронзовым!
К’лон воззрился на нее в изумлении:
— Но почему не Ш’гал...
Лери презрительно фыркнула:
— Старый Л’мал не стал бы ничего «обсуждать» с К’дреном и С’лигаром. Он давно уже был бы в Телгаре и сам выяснил отношения! Предводитель Вейра не может так себя вести, когда на континенте объявлено чрезвычайное положение. Ну, что ж, М’тани еще пожалеет об этом!
Улыбка Лери не сулила телгарцу ничего хорошего.
— В самом деле?
— Да. В самом деле.
Лери побарабанила пальцами по ножке бокала.
— Как только Морита вернется, сам в этом убедишься.
К’лон выглянул наружу.
— Солнце уже почти село. В Керуне, должно быть, темно.
Как догадался потом К’лон, и старая всадница, и королева узнали о трагедии в один и тот же миг. Просто реакция Орлиты оказалась более впечатляющей; ее вопль ножом резанул по нервам. К’лон резко обернулся. Орли-та, секунду назад спокойно лежавшая в глубине Площадки, вскинулась на задних лапах; выгнув назад шею, она отчаянно кричала, и эти крики были полны безысходной тоски. Ее кожа как-то сразу обесцветилась, потеряв свой золотой отлив. Бросившись на песок, Орлита начала биться головой и хвостом, извиваясь и не замечая, что подминает под себя правое крыло.
«Холты больше нет,» — сказал Рогет К’лону.
— Холта мертва? А Морита? — К’лон не мог этого осознать.
«Лери!»
— О, нет!
К’лон круто обернулся. Лери лежала на подушках с вытаращенными глазами и хватала ртом воздух. Одну руку она прижимала к сердцу, другой вцепилась в горло. К’лон бросился к ней.
«Она не может дышать.»
— Ты задыхаешься? — спросил К’лон, с ужасом глядя на ее искаженное лицо. — Ты хочешь умереть?
Мысль эта ужаснула его; он схватил старуху за плечи и яростно потряс. С жалобным криком Лери обмякла у него в руках и забилась в рыданиях.
— Почему? — воскликнул К’лон. Внезапно он осознал, что, поддавшись панике, не дал Лери умереть. Если Холта погибла, она тоже имела право уйти. Его затопила волна сострадания и угрызений совести.
— Как это случилось?
«Они слишком сильно устали и .ушли в Промежуток... в никуда,» — ответил общий голос всех драконов Вейра.
— Что я натворил! — по лицу К’лона струились слезы. — Лери, прости меня! Рогет, помоги! Что я натворил!
«Ты все правильно сделал, — печально ответили драконы. — Она еще нужна Орлите.»
Теперь и остальные звери присоединились к золотой королеве Форта. Они начали собираться у входа на