— Я как-то полагал, что это относится только к раненым драконам.
— Что? И ни капли сочувствия своей собственной наезднице? Нет, разумеется, она помогает Морите всем, чем только может. Другие Вейры могли бы кое-чему поучиться у нашей старшей королевы. Между прочим, меня ничуть не удивит, когда после выздоровления Мориты у нас в Вейре произойдут некоторые перемены... — Лери широко улыбнулась. — А уж когда Орлита вновь поднимется в брачный полет... Порой всадница может высказать свои желания королеве... и настоять на них.
С’перен лишь с огромным трудом сдержался и не показал удивления. Конечно, они с Лери друзья, и старая всадница всегда чувствовала себя легко в его обществе. Но на что это она намекает? Ему нравилась Морита. В прошлый Оборот они с Орлитой славно поработали, залечивая большой ожог на боку его Клиота. А потом его бронзовый поднялся в брачный полет. По правде сказать, С’перен был тогда даже доволен, что его дракон проиграл. С’перену хотелось стать Предводителем Вейра далеко не так сильно, как Клиоту — догнать старшую королеву Форта.
— К’лон?! — спросила Лери, нарушая плавное течение его мыслей.
Клиот тут же подтвердил прибытие Рогета и сообщил, что уже подвинулся, так что голубой всадник сможет приземлиться на площадке перед вейром Лери.
— Ему давным-давно пора было вернуться, — проворчала старая госпожа. — Должен же в конце концов найтись еще один всадник, способный взять на себя часть обязанностей К’лона! А то он так долго не протянет. У него, видите ли, чувство вины... Скорее, пользуется случаем вылететь из Вейра и повидать этого своего друга в Айгене.
То, что голубой всадник устал, не вызывало ни малейших сомнений. Он едва волочил ноги.
— Пять капель из голубого флакона, — прошептала Лери С’перену и громко воскликнула: — С’перен, дай-ка К’лону чашу моего целебного кла! А ты, — она повернулась к голубому наезднику, — садись, пока не упал.
— Пей до дна, — предложила она, когда К’лон уже устроился в кресле с кружкой горячего кла в руках. — По крайней мере, согреешь кровь до нормальной температуры. Она у тебя небось замерзла после всех этих бесчисленных скачков через Промежуток. Ты почти такой же синий, как и твой Рогет... Ну, а теперь рассказывай... Какие новости?
— Новости превосходные, — радостно объявил К’лон. — Мастер Капайм выздоравливает. Я разговаривал с Десдрой. Он все еще очень слаб, но ругается уже на всю мастерскую. Она говорит, что скоро им придется его связать, чтобы он не вставал с постели. А Капайм требует подать ему Записи... Но самое лучшее в том, — добрые вести, похоже, вернули К’лону утраченные силы, — что он утверждает, будто сама по себе болезнь не убивает. Смертельными оказываются вторичные инфекции типа пневмонии или бронхита. Если их удается избежать, то все хорошо. Беда в том, — лицо К’лона приняло печальное выражение, — что в холдах это просто невозможно. Слишком много народа согнано в слишком маленькие помещения. Не хватает места... особенно теперь, когда так резко похолодало. Где я только не был... Даже в холдах, где ничего не знают об эпидемии и полагают, что беда пришла лишь к ним одним...
— А’мурри? — тихо спросила Лери.
— У него пневмония, — не в силах больше сдерживать своего горя, заговорил К’лон со слезами на глазах. — Одна из ухаживавших за ним женщин простудилась и вот... Фортин дал мне для него лечебный эликсир и согревающую мазь. Я заставил А’мурри принять лекарство, и он перестал кашлять. А потом я как следует его растер. — Он растерянно глядел на Лери и С’перена — видимо, опасаясь их неодобрения.
— Я должен был повидать А’мурри, — К’лон опустил голову. — Я должен встречаться с ним. И буду встречаться при удобном случае! Я не могу заразить его, переболев сам! И не говорите мне, что вполне достаточно, если Рогет и Гранта могут связываться друг с другом. Это я и сам прекрасно понимаю, но мне тоже надо видеть А’мурри, — слезы катились у него из глаз, и он поспешил укрыться за чашей кла. — Очень вкусно, — сказал он, осушив кружку до дна. — Ну, что же еще я могу вам рассказать...
Он замолк, заморгал, сглотнул... его голова начала клониться набок. Лери, пристально наблюдавшая за всадником, кивнула С’перену.
— Отлично сработало, — сказала она, когда С’перен ловко подхватил сползавшего с кресла на пол К’лона. — Заверни-ка его, — она скинула с плеч теплую шкуру, — он проспит минимум двенадцать часов. Холта, будь умницей, скажи Рогету, чтобы он переночевал в своем вейре. Пусть тоже отдохнет.