К’лон расправил плечи. За последние несколько дней он научился хорошо скрывать свои эмоции. Он старался выглядеть и разговаривать если не весело (что могло бы показаться оскорбительным), то, во всяком случае, уверенно и оптимистично. В конце концов, с появлением вакцины надежда остановить эпидемию превратилась из мечты в реальность. Он вежливо постучал в дверь и вошел, не дожидаясь приглашения.
Алессан, стоя на коленях около лежавшего на полу матраса, вытирал пот со лба больного. Увидев молодого лорда, К’лон едва удержался от удивленного возгласа. Со временем Алессан, может, и наберет потерянный вес, и кожа его опять станет отливать здоровым загаром, но сейчас на лице его застыли горе и безнадежность, выгравированные резцом смерти.
— Я рад приветствовать тебя, К’лон, всадник Роге-та, — Алессан склонил голову в знак благодарности, затем, смочив холодной водой тряпочку, которую держал в руках, положил ее на лоб больному. — Ты можешь передать мастеру Тайрону, что без незаменимой помощи и изобретательности его арфистов положение в Руате было бы много хуже, чем сейчас. Тьеро — замечательный парень. Этот лекарь... как его зовут? — Алессан потер дрожащей рукой лоб, словно надеясь тем самым возродить невесть куда исчезнувшее имя.
— Фоллен.
— Странно, я помню так много имен... — Алессан замолчал, уставившись в окно. К’лон знал, что лорд Руата видел там погребальные холмы. Возможно, он имел в виду имена тех, кто там лежал... — это происходило постепенно... лежишь в постели, ждешь... — с усилием оторвав взгляд от окна, Алессан с трудом поднялся на ноги. — Ты привел к нам помофь'. Фоллен говорит, что Тьеро, Дифер, — он показал на соседнюю постель, — и моя сестра поправятся. Он даже извинился, что у него нет больше... как ее... вакцины? Так она называется? Так вот...
— Сядь, лорд Алессан...
— Прежде, чем я упаду? — Алессан едва заметно улыбнулся бескровными губами, но все-таки, тяжело вздохнув, опустился на стул.
— Огонь уже развели, и скоро вам принесут бульона. Рецепт придумала Десдра. Она ухаживала за мастером Капаймом, и он утверждает, что суп этот помог ему как ничто другое!
— Будем надеяться, что нам он тоже поможет...
Из соседней комнаты послышался кашель, и Алессан в тревоге повернулся к двери.
— Твоя сестра? — спросил К’лон и, не дожидаясь ответа, продолжал. — Вот посмотришь, вакцина окажет потрясающий эффект! Ее состояние сразу улучшится!
— От души надеюсь, что ты окажешься прав. Других родственников у меня не осталось.
Хотя Алессан говорил небрежно, как бы шутя, за его словами К’лон чувствовал жгучую боль утраты, и его сердце сжалось от сострадания к этому мужественному человеку.
— Уверяю тебя, эта сыворотка творит чудеса... Я видел, как люди выздоравливали прямо на глазах. И, говоря по чести, сыворотка, которую Фоллен ей ввел, вероятно получена из моей собственной крови. — Других это обстоятельство почему-то утешало.
— Руат всегда гордился кровными связями с всадниками Форт Вейра, — усмехнулся Алессан, — хотя настолько прямыми они еще никогда не были.
— Я вижу, — улыбнулся в ответ К’лон, — что болезнь никак не отразилась на твоем остроумии.
— Это все, что у меня осталось.
— Ну уж нет, лорд Алессан! У тебя осталось значительно больше! И ты получишь любую помощь, какую только смогут предоставить Вейры, холды и мастерские.
— Если только то, что вы нам привезли, действительно сработает... — Алессан посмотрел в сторону двери, что вела в комнату сестры. — Мы на это и не рассчитывали.
— Я, пожалуй, загляну в ваши кладовые, и погляжу, чего у вас не хватает, — начал К’лон, решив про себя, что первым делом уберет такие неуместные сейчас флаги, вывешенные в честь Встречи. Если уж ему от них становилось не по себе, то как же они должны были мучить бедного лорда Алессана!
— Я точно знаю, чего нам не хватает, — сказал Алессан и, пошатываясь, подошел к стоявшему рядом с окном столу. — Прежде всего, конечно, медикаменты, — продолжал он, пытаясь найти нужный свиток. — У нас совсем не осталось ни аконита, ни жаропонижающих настоек, только сироп от кашля... даже тимуса, и того нет... Кончилась соль и специи. Вот уже три дня, как мы не ели ни мяса, ни овощей... Видишь, как своевременно ты к нам прилетел? — с печальной улыбкой он протянул К’лону свои записи. — Тут все написано... Тьеро отослал барабанное сообщение этим утром, до того, как свалился окончательно. И я сомневаюсь, что у меня самого хватило бы сил подняться в башню барабанщиков.
К’лон взял протянутый ему свиток; рука его дрожала почти так же сильно, как у лорда Алессана.