Сегодня ее руки дрожали заметно меньше, чем вчера, и это радовало всадницу. Конечно, это было хорошо: нож острый, а кожура плода — жесткая и толстая. Когда сок начинал закипать, Морита занялась инвентаризацией лекарств. Поразительно, с какой скоростью то, что всего лишь шесть дней назад казалось ей огромными запасами, превратилось в жалкие остатки — мешочек того, бутылочка этого... Впрочем, раз все всадники Форт Вейра прошли вакцинацию, то большого количества жаропонижающих, отхаркивающих и других лечебных средств уже не потребуется. И хорошо, что так — в это время года пополнить запасы практически невозможно.
— Как себя чувствует Ш’гал? — спросила она у Орлиты.
«Он спит, и Кадит сообщает, что всадник хорошо поел. Он выздоравливает».
Морита отметила про себя безразличие, прозвучавшее в голосе ее королевы при упоминании Кадита. Что ж, сама она тоже не без ума от Ш’гала, и когда Орлите придет пора подниматься в новый брачный полет...
«Холта возвращается! Фальга и Тамианта ранены!»
Задержавшись лишь для того, чтобы снять с огня кипящий сок, Морита выскочила наружу. Холта появилась из Промежутка прямо над Звездными Камнями и сразу же устремилась к своему вейру. Морита бежала вверх по ступенькам. Отшвырнув в сторону пустой бак огнемета, Лери соскочила со своей золотой.
— Морита! У Тамианты страшный ожог. Лекари справятся с ногой Фальги, но вот крыло Тамианты... — слезы текли по покрытым копотью щекам старой всадницы. — Давай! Бери мою летную куртку. Вот шлем и защитные очки. Лети!
— Но Орлита не может!
— Зато может Холта! — Лери протянула Морите куртку. — Ты сумеешь помочь Фальге и Тамиате больше, чем кто-либо другой. Ты обязана лететь! Холта не возражает, и твоя королева тоже. Это срочно!
Не попадая руками в рукава, Морита натянула на плечи слишком короткую для нее куртку. Летный пояс Лери тоже оказался маловат и едва-едва застегнулся на последний крючок. Надвинув на голову шлем, Морита взялась за ремни упряжи Холты, торопясь, чтобы не передумать.
— Прости меня, Орлита!
«Нечего прощать!»
— Лети! — кричала Лери.
Холта прыгнула, двигаясь почти так же тяжеловесно, как и готовая отложить яйца Орлита. На мгновение всадница испытала смятение — много Оборотов они с Орлитой летали связанные воедино, сливаясь сознанием друг с другом. Как же она сможет теперь понять Холту? Но тут она ее поняла. Вот она, Холта, совсем рядом, а над ними парит разум Орлиты... Ревность? Нет, Морита не ощущала никаких отрицательных эмоций — только беспокойство, что ей не удастся найти общий язык со старой королевой. Но они уже чувствовали друг друга, сливаясь в единое целое. Как свою собственную наездница воспринимала усталость Холты — и ее твердое желание во что бы то ни стало помочь Тамианте.
— Спокойно, и не торопись, — ободряюще сказала Морита.
Она представила себе характерный гребень Вейра Плоскогорье — зазубренную расческу с семью пиками разной высоты.
«Я знаю, куда лететь, — сказала Холта. — Доверься мне.»
— Разумеется... — отозвалась Морита, прекрасно понимавшая, что старая королева значительно превосходила Орлиту по опыту. — Перенеси нас к Вейру Плоскогорье.
Вместо своего обычного стишка Морита на сей раз за мгновения, проведенные в Промежутке, попыталась понять различия между двумя королевами. Мысленный голос Холты был старческий и усталый, и одновременно твердый и глубокий — богаче, чем у Орлиты. Возможно, когда Орлита достигнет столь же преклонных лет, ее голос тоже приобретет такую же удивительную глубину и богатство нюансов.
И вот они уже над Плоскогорьем, и Холта облетает острые пики, и закладывает крутой левый вираж так, что Морита отчетливо видит и землю, и раненных драконов на ней. Вокруг них — кучки людей, и самая большая — около Тамианты. Приглядевшись, Морита увидела, что королева потеряла хвостовые концы всех трех мембран. Кроме того, у нее на боку темнел страшный ожог.
— Как такое могло случиться? — в ужасе спросила она.
«Слишком много забот сразу, — ответила Холта. — А еще ей очень хотелось помочь крыльям.»
Она передала наезднице то, что знала о случившемся, и Мориту захлестнула бесконечная жалость к израненной королеве. Тамианта поднималась под углом — так, чтобы Фальга могла без труда пользоваться огнеметом; как назло, они внезапно попали в сильный восходящий поток воздуха. Прежде, чем дракон и всадница успели что-либо предпринять, большой клубок Нитей упал на крыло Тамианты, а оттуда — перекатился на ее плечо, задев при этом и ногу Фальги.