Пимы, прокляты снежной ведьмой, очень прыткие…
Совет как всегда опоздал…
Впереди уже маячила стена тумана, как вдруг дорогу им преградил манекен. Соломенная голова, деревянное туловище со сгибами в тех местах, где и положено человеку, и большой двуручный меч в руках.
Взмах, и если бы не реакция, маги бы остались без головы. Манекена занесло, и он всадил меч в полку, где тот и застрял, сверху посыпались вечно горящие зелёным цветом факелы и мелкая посуда. Он попытался выдернуть меч, но маги осыпали его ударами.
От удара чарами энтропии в грудь, манекен пошатнулся. Чары сломали полку и он высвободил меч, вновь стал готовиться к бою. Но бой окончила Анника, выпустив длинную струю пламени из рук прямо по соломенной голове. Манекен сразу рассыпался. На нем не было печати. Только сбоку надпись, нацарапанная кинжалом:
Какое глупое и бездарное покушение, надо быть полным идиотом, чтобы считать, что настоящего берсерка может победить в фехтовании манекен! Оставлю на будущее чтобы дети тренировались.
Альбертли пнул рассыпающегося манекена и зло процедил:
— Какие это были варварские времена. Мне даже стыдно за своих предков. "Оставлю для детей". Манекена-убийцу! — Альбертли огорчённо покачал головой.
— Не стыдись раньше времени, ты ещё не знаешь какими были предки других семей. — Попыталась подбодрить его Анника.
— В преданиях было сказано что мои предки были путешественниками! Строителями! Исследователями! Какие берсерки?! Я могу понять проклятое зеркало, но манекен?! — Альбертли грустно покачал головой.
Сладкая смерть
Туман расступился, неохотно пропуская сквозь пространство двух магов. В начале была полная тьма, они брели через неосязаемый магический туман. Вскоре замаячил свет и ноги наступили на пол, сфера света вынырнула из тумана следом и озарила все своим холодным светом. Полки были резными и из черного дерева, заполненные склянками.
— Если я не ошибаюсь, мы идем на юг, а значит, мы под домом семьи Медовин. — Альбертли закатил глаза, предавшись воспоминаниям — Мы всегда были близки с кланом Медовин. Они нам далёкие родственники. Я помню бабушку Лану, мы с отцом часто гостили у них, нас всегда угощали чаем с медом. Она заменила мне мою родную бабушку, которую я не застал. Лана рассказывала про виды меда и про его свойства, а отец говорил про то как это применить. А когда я болел, меня постоянно лечили у них. Целебные настойки, капли на меду…
Анника только усмехнулась с тихим выдохом — Меня в детстве ничем кроме горьких трав не лечили. — Усмехнулась она. — А потом стала лечиться нормальными средствами. Кстати, а ведь Медовин вроде древний союзник клана Саронских?
— Вот только полки тут странные… — Заметил Альбертли потрогав их. Полки были красивыми, резными, но морёными в несвойственной клану Медовин расцветке — зелёные. В стилистике не имелось гексагональных узоров.
На каждой колбе и флаконе были приклеены длинные надписи со свойствами, составом и причинами почему она здесь. Сначала Альбертли не обращал внимание на записи, а потом прочитал одну из них и его бросило в холод…
…У жертвы медленно отгнивают конечности, через 18 часов токсин убьёт цель, если она не умрет раньше, от болевого шока. Не рекомендуется использовать. Слишком простое противоядие, достаточно в течении 6 часов принимать калийную соль и состав полностью распадается…
А внизу стояла печать, с подписью Карбонида Атровин, После прохода и беглого осмотра, стало ясно, либо это не тот дом о котором он думал… Либо… Сомнения начали рассеиваться когда вокруг пошли разные атрибуты пчеловодов. Костюм, в котором было проделано с сотню дыр,
Колбы с видами пчел, стойки на которых стояли соты. На одной из стоек стояла рамка с сотами зеленого цвета, капли меда, или того вещества что давали неведомые пчелы, проели металлическую подставку и серебряный поднос насквозь. Но потом, то что он увидел потом его шокировало. Одна из полок была целиком отведена под свитки и мелкие скляночки. Эта полка резко отличалась от прочих по цвету и стилистике, помимо всего прочего она была застеклённой, стекло имело множество печатей, никаких признаков замков или петель на полке не имелось. Внутри полки клубился таинственный туман и среди этого тумана в картинной раме лежал свиток. Рама была прислонена к стеклу, а буквы на свитке слабо светились, поэтому содержимое свитка было отлично читаемым, в отличии от всего остального содержимого полки.
Резолюция:
Всеобщей коллегией враждующих семейств, кои приостановили свою вражду ради проведения следования и составления сей резолюции. В ходе опасного и тщательного расследования происшествия на восточном побережье, сопряжённого с риском эскалации и опасным для жизни комиссии.