— Господи помилуй! Это еще что такое? — воскликнул тот, проснувшись и вскакивая на ноги. — Там творится черт знает что — должно быть, это какие-то быки величиной со слона, а то и драконы! Никогда не слышал таких воплей!
Они отошли от костра и стояли у кромки воды, вглядываясь в бесформенные пятна ночи.
— Драконы? — резко прорычал Элкинс. Голос его звучал так, будто он только что нашел самое подходящее к случаю слово. — Драконы? Может быть, это описание точнее, чем ты думаешь, — пробормотал он чуть слышно. — Так или иначе, я рад, что между нами и этими вопящими дьяволами лежит полоса воды. Эта проклятая яма — совсем сумасшедшее место, Том. Может, нам собрать манатки и убраться отсюда прямо с утра?
Тем временем стал явственно слышен треск разрываемых древесных волокон, похожий на далекую пушечную пальбу; его сопровождало самое отвратительное и чудовищное рычание, которое только можно было себе представить.
— Боже мой! — вскричал Хейнс. — Не знаю, что это за звери, но они, должно быть, величиной с дом! На таком расстоянии кажется, что они ломают сухие палки, только это наверняка очень большие деревья. Куда мы с тобой попали?
— А мне-то откуда знать? — раздраженно бросил Элкинс. — Одно понятно: нам лучше поскорее выбираться отсюда. Мы для таких тварей — все равно что для нас колибри. Да ты только послушай!
Он резко замолчал: исполинский оглушительный крик грубой агонии наполнил воздух своей пронзительной страстью и поднялся к небесам с титаническим гневом и злобным протестом против мучений, которым подвергалось вопящее существо. Затем, как исчезает свет погашенной свечи, крик оборвался и слушателей охватила тишина,
казалось, таившая в себе непредставимые ужасы.
Подождав некоторое время, они вернулись к костру, и вскоре Элкинс мирно посапывал, как младенец на руках у матери.
Рассвет и сытный, хотя и состоявший из одного блюда завтрак застали их менее склонными прервать путешествие. Во всяком случае, по молчаливому согласию дело было отложено; правда, они решили проявлять величайшую осторожность в своих передвижениях. Они и представить себе не могли, с какими чудовищами им, возможно, придется столкнуться — и поэтому, будучи людьми не слишком разговорчивыми, не стали тратить время на пустые дискуссии.
С ружьями на изготовку, внимательно прислушиваясь и присматриваясь, искатели приключений вновь двинулись вдоль кромки воды. То тут, то там один из них останавливался, разглядывая отмели или промывая в сите несколько горстей гравия с берегов или галечных пляжей. Они постоянно находили крупинки чистого золота, но нигде не было ни намека на малиновые камни, а золота было недостаточно, чтобы обеспечить хоть какую-то прибыль.
Тем не менее, они нашли местность достаточно интересной, и надежды их воспарили до такой степени предвкушения, что они почти позабыли о необычайных существах, с которыми столкнулись. Оба были людьми той породы, что отваживаются на все и бросили бы вызов всем силам самого ада, если бы те вздумали противостоять ненасытной жажде, подпитывавшей их безрассудную решимость.
Как они справедливо подозревали, в какую-то ушедшую эпоху через этот край несомненно протекала огромная река, и спокойное озеро было последним остатком ее величия. Повсюду виднелись отложения гравия и обнажения эродированных пород, поднимающиеся низкими грядами над и между заключенными в них обломками валунов; чередования паводков и засухи заполнили этими отложениями впадины и очистили скальные гребни от бремени, которое течение несметные века возлагало на них. Многочисленные мелкие ручьи прорезали отложения глубокими бороздами. У нижней оконечности озера они наткнулись на извилистый поток шириной в двадцать футов, исчезающий во мраке и зарослях леса, и было весьма вероятно, что подобный ручей впадал в озеро в узком верхнем конце.
Именно поблизости от этой горловины Элкинс обнаружил в своем сите три крошечных малиновых фрагмента. То были мельчайшие, почти микроскопические крупинки, но под карманной лупой в них бесспорно проглядывала та самая приманка, что привела друзей через громадные хребты в эту забытую страну кошмарных созданий.