Вавилон при халдейской династии
Как упоминалось, Навуходоносор II невиданно украсил и расширил Вавилон (население которого составило до полумиллиона человек), возведя там несколько сооружений, считающихся сегодня уникальными вершинами древневосточного градостроительства и искусства. Прежде всего это главный храм Вавилона и всей страны — храм Мардука (точнее Бела-Мардука, по-аккадски «Господа Мардука»), известный также под названием Эсагила (шумерск. «Дом, в котором поднимают голову»). Там обитал не только Мардук, но и его обширное божественное семейство: его супруга Иштар, сын Набу и др. Храм имел при себе храмовую башню-зиккурат — Этеменанки (шумерск. «Дом краеугольного камня неба и земли»), знаменитую «Вавилонскую башню» ветхозаветных преданий. Храм и зиккурат находились в самом центре Вавилона. Территория храма представляла собой прямоугольник, ориентированный по сторонам света. В храмовом святилище стояла массивная золотая статуя Мардука — главная реликвия Вавилона.
Ступенчатая храмовая башня-зиккурат являлась непременным дополнением главного храма каждого крупного месопотамского города. Шумеры строили их трехступенчатыми в честь верховной троицы своего пантеона — бога воздуха Энлиля, бога вод Эа и бога неба Ану. У вавилонян и ассирийцев зиккураты имели по семь ступеней, в честь коллегии семи великих богов-игигов. Такова и была «Вавилонская башня», напоминавшая ступенчатую пирамиду с основанием в 185 и высотой 90 м. Семь этажей башни были выкрашены каждый в свой цвет: черный, белый, пурпурный, синий, ярко-красный, серебряный и золотой. На вершине находилось святилище Мардука с пышным прекрасно убранным ложем и золотым столом для трапезы бога.
Иноземцам, которые лицезрели башню, казалось, что ее строители замышляли добраться до самого неба. Отсюда и предание о том, что башню строили в незапамятные времена именно как лестницу в небеса и уже приближались к цели, когда напуганные сим дерзким замыслом боги смешали языки строителей; те больше не понимали друг друга и разошлись по земле, дав начало всем народам и племенам с их различными языками, а башня навеки осталась недовершенной.
Другой достопримечательностью Вавилона при Навуходоносоре являлись опоясывающие его стены: внутренняя «Великая стена» по имени «Услышал бог Эллиль» и внешняя, более низкая стена «Вал» по имени «Местожительство бога Эллиля». Вавилонские стены получили название в честь верховного божества города Ниппура, а в этом городе, также окруженном двумя стенами, по своего рода «обмену почестями», они назывались в честь вавилонского Мардука.
В стенах имелось восемь ворот, которым придавалось священное значение. От каждых ворот внутрь города пролегал прямой широкий проспект; он вел к одному из храмов города, а за воротами начиналась дорога в тот город, где почитался бог, в честь которого были названы соответствующие вавилонские ворота, проспект и храм. Так, ворота богини Иштар — это дорога в город Агаде (Аккад), ворота бога Нинурты — дорога в Киш, ворота бога Эллиля — в Ниппур, а ворота бога Шамаша — в Ларсу.
Главным парадным входом Вавилона служили «Ворота Иштар», облицованные глазурованным кирпичом: по синему фону чередовались друг с другом золотистые фигуры могучих быков и драконов. Перед воротами, по обеим сторонам от них, были возведены два высоких дворца, между которыми проходила так называемая «Дорога процессий». Выходившие на нее стены дворцов тоже были облицованы глазурованным кирпичем: по бирюзовому фону разбросаны золотистые и серебристые изображения львов, пальмообразных колонн и других украшений. Сама дорога, по которой статую Иштар в праздники переносили из ее храма в гости к супругу в его храм, как и служивший ее продолжением в черте города главный проспект, достигали 10–20 м. ширины. Их мостовая была вымощена плитами розового известняка, а обочины — белого (сейчас все это экспонируется в Переднеазиатском музее Берлина).
Чудом света считались в древности вавилонские «Висячие сады», по ошибке приписанные молвой царице Семирамиде.
В действительности «Висячие сады» были сооружены Навуходоносором ради его жены — мидянки Амитиды; живя в равнинной Месопотамии, она тосковала по родным горам, и царь построил для нее искусственные горы: на насыпях и террасах, поднятых на большую высоту, были разбиты роскошные сады. Царь приказал посадить там такие же деревья и цветы, какими его жена в юности любовалась на родине.