Столица Митанни располагалась в Вассокканне, городе в верховьях Хабура, до сих пор не обнаруженном археологами. Хотя индоарийский элемент в Митанни, включая царский род, был в основном ассимилирован местным населением уже в середине II тысячелетия до н. э., митаннийские цари вплоть до конца своей истории продолжали принимать тронные индоарийские имена и поклоняться индоарийским богам — покровителям династии (Индре, Митре-Варуне и Насатьям). Верховным богом — покровителем государства в целом выступал, однако, хурритский бог Грома Тессоб; наряду с ним исключительным почитанием пользовалась Сауска-Иштар. Центры их культа — соответственно Кумме на Верхнем Забе и Ниневия (тогда хурритский город) — располагались на востоке, в исконных областях хурритов.
В конце XVI в. до н. э. при царе Суттарне I Митанни превратилось во всехурритскую империю, чье владычество простиралось от Загроса и Ниневии до Северной Сирии. С этого момента на протяжении полутора столетий оно являлось сильнейшей военной державой Передней Азии. Проникновение в Сирию привело Митанни к столкновению с Египтом, стремившимся к безраздельному господству над Восточным Средиземноморьем. Три четверти века почти непрерывных войн с Египтом (конец XVI — конец XV в. до н. э.) составляют наиболее яркий этап митаннийской истории. Уже Тутмос I напал на сирийские владения Митанни и отбросил его за Евфрат. Правда, при царе Парраттарне (ок. 1475 г. до н. э.) Митанни, воспользовавшись временной слабостью Египта, покорило все Восточное Средиземноморье от Киликии до Центральной Палестины, но Тутмос III в серии кровопролитных кампаний оттеснил их далеко на север.
Одно время войска фараона достигали Евфрата и даже разорили его митаннийский берег, однако закрепиться здесь им так и не удалось. К концу правления Тутмоса III, в середине XV в. до н. э., египто-митаннийский рубеж пролегал в районе Кадеша. Около того же времени митаннийский царь Сауссадаттар разгромил Ашшур (пытавшийся незадолго перед тем связаться с египтянами) и превратил его в своего вассала. Аменхотеп II возобновил борьбу с Митанни, но после первых успехов оказался отброшен на юг в Палестину и вынужден был заключить с Митанни невыгодный для себя мир (ок. 1430 г. до н. э.). Хотя надписи фараона, по своему обыкновению, преподносят это событие как изъявление покорности со стороны Митанни, они подчеркивают экстраординарность мирного соглашения Египта с этой страной как «происшествия, неслыханного со времени богов».
Не смирившись с поражением, Аменхотеп II к концу своего правления вновь двинулся против Митанни и захватил Халпу в Северной Сирии, однако его преемник Тутмос IV вынужден был закончить эту войну компромиссным миром с митаннийским царем Ардадамой I (ок. 1410 г. до н. э.). Южная Сирия осталась за Египтом, Северная отошла к Митанни. Заключенный вскоре митаннийско-египетский союз, к которому присоединилась Вавилония, навсегда подвел черту под эпохой египто-митаннийского противоборства и заложил основы так называемого «амарнского» международного порядка в Передней Азии (первая половина XIV в. до н. э.).
Общество и власть в Митанни
Общество Митанни, по-видимому, делилось на военно-бюрократическую верхушку, или двор (вельможи, т. е. старшая дружина, основная служилая масса воинов-«марианне», представители царя за рубежом, и условно относившиеся сюда же по признаку личной зависимости от царя вассальные владетели), и землю, т. е. совокупность обложенных податью самоуправляющихся общин. Последние имели единое представительство в масштабах всей страны, частично разделявшее с царями властные полномочия. Этой уникальной для Древнего Востока чертой политического строя Митанни было обязано, вероятно, пришлому характеру правящей верхушки, обусловившему ее относительную изоляцию.
В хурритских странах существовали крупные дворцовые и храмовые хозяйства. Характерно отсутствие значительного слоя «царских людей» (илотов, крепостных): работниками царского хозяйства оказываются либо дворцовые рабы (как правило, из числа пленников), либо привлеченные в порядке выполнения повинности свободные. Известны территориальные сельские общины «алу» и большесемейные домовые общины «димту» (дословно «башни», названные так по типичному обиталищу каждой большой семьи). Общинная земля рассматривалась, по общим правилам, как неотчуждаемая собственность общины в целом, и получить к ней доступ можно было только путем «усыновления» реального покупателя земли одним из общинников.