В XVI/XV–XIV вв. до н. э. в Евразии происходит второе крупное переселение древних ариев примерно по тому же циркумкаспийскому маршруту, что и первое: племена андроновской археологической культуры продвигаются из-за Волги на запад и, смешиваясь с местными племенами, образуют здесь особую срубную культуру (в то время как к востоку от Волги продолжается собственно андроновская традиция); одновременно ираноязычные племена распространяются из-за Кавказа в Северо-Западный и Северный Иран, принося с собой начало железного века и характерную серую керамику. В конце данного периода миграций ираноязычные племена продвинулись на восток вплоть до позднейшей Бактрии (само название означает по-ирански «восточная страна», так что сюда иранцы пришли с запада) и долины Амударьи включительно. Вероятно, именно под их постепенно усиливавшимся давлением индоарии и смещаются в Северную Индию в XIV–XIII вв. до н. э.
В Иране индоарии были в основном вытеснены или ассимилированы своими пришлыми ираноязычными родственниками, хотя на стыке их ареалов сохранялась широкая полоса чересполосного иранско-индоарийского существования и симбиоза, включавшая значительную часть современного Афганистана. Так, одна и та же территория с центром в позднейшем Кандагаре известна по индийским источникам как индоарийское царство Камбоджа, а по иранским — как страна с иранским названием Харахвати (античная Арахосия). По индоарийской именовательной основе «камбодж» вообще можно опознать трассу индоарийских миграций (ср. область «Камбисену» в Восточном Закавказье, упоминаемую у греческих авторов, царское имя «Камбуджия» (Камбиз) у персов и упомянутое царство Камбоджа на территории современного Афганистана, не говоря о занесении индийскими колонистами этого названия на территорию Индокитая, откуда пошло современное употребление в качестве топонима).
В итоге второго цикла арийских миграций расселение ираноязычных племен приняло следующий вид, сохранявшийся в общих чертах в конце II — начале I тысячелетия до н. э.: к востоку от Урала и Волги обитали носители андроновской культуры — предки скифо-сакских племен, известных прежде всего по античным данным, и племен «тура», о которых повествует «Авеста»; к западу от Урала и Волги степь занимали носители срубной культуры, непосредственные предки племен, которых греки обобщенно именовали «киммерийцами»; большая часть Западно-Центрального и Северного Ирана была занята общностью, из которой позднее вышли мидийские и персидские (западноиранские) племена; при Амударье — Хильменде обособилась группа племен, известная в науке под названием «авестийских ариев» (сами себя они называли «арья», свою территорию — Арианам-Вайджа («Простор Ариев») и Ариошиана («Страна Ариев»), и именно с ними происходили события, отраженные в «Авесте», ядро которой формировалось в их же среде.
Авестийские арии были потомками головной, дальше всего продвинувшейся на восток волны того же миграционного потока, основная часть которого, оставшаяся в Центральном Иране, была представлена мидо-персидскими племенами. Однако авестийские арии, продвигаясь на восток, оторвались от своих западноиранских родственников и оказались отделены от них областями Юго-Восточного Прикаспия (Варна в авестийской терминологии) с аборигенным неиранским населением, описанным в авестийской традиции как страшные и могущественные враги, и соляной пустыней Дешт-и-Кевир. Это не позволяло авестийским ариям поддерживать контакт с ираноязычными племенами Иранского плато и привело к тому, что их история в следующие несколько веков развивалась двумя независимыми потоками.
Общество и культура древних ариев
В результате постепенной ассимиляции аборигенного населения Ирана ираноязычными племенами все пространство между Тигром, Индом и Амударьей около середины I тысячелетия до н. э. стало именоваться «Арйанам» («Арийская земля»). Поздней формой этого слова и является современное «Иран». Для ранних иранских (как и индоарийских) обществ характерна одна и та же, восходящая к общеиндоиранской практике, трехсословная организация: общество делилось на наследственные сословия жрецов, воинов и рядовых общинников — скотоводов и земледельцев. На уровне племенных союзов соответствующие роли часто присваивались целым племенам: так, в шестиплеменном союзе мидян жреческие функции были монополизированы племенем магов (откуда значение слова «маг» в европейских языках). Менталитету индоиранцев была присуща ритуально-языковая этническая самоидентификация: те, кто осуществлял правильные ритуалы на чистом языке, почитая соответствующих богов, считались этнически «своими» независимо от кровного родства. Это существенно облегчало ассимиляцию аборигенного населения. Жрецы были наиболее почитаемым сословием, но власть вождя (впоследствии царя) в норме должен был осуществлять кто-либо из сословия воинов; вождь и рассматривался в первую очередь как глава военной организации племени.