Наступила тишина! Которая длилась пару минут. Мужчины стояли с выпученными глазами.
- Отомрите! У нас работы вагон и маленькая тележка.
- Какая тележка? - спросил Валентин. - Было ощущение, что он находился в шоке. А три его помощника - в полуобморочном состоянии.
- Так вы прибыли из НАВИ? - подал голос один из помощников, кажется Тори.
- Я прибыла с Земли. Но некоторые и так ее называли. - Она покрутилась вокруг своей оси - Все? Налюбовались? А теперь за работу! На чем мы остановились, Валентин? Вы у нас…
- Он у нас ЭЛЬФ! - раздался голос рыжего коренастого мужчины. - Не обращайте на него внимания, госпожа Вероника! Валентин не мог представить, что есть в мире кто-то, кто ещё не знаком с такой личностью.
Я повернулась к бородачу:
- А вы?
- А я сапожных дел мастер, - низко поклонившись, сказал рыжик и широко улыбнулся. Меня зовут Тэреник. И я гном, госпожа. Позвольте снять мерки.
- Понятно! Приступайте, господин Тэреник, - присела я на стульчик.
Мужчина подошел, снова поклонился и стал снимать мерки с ноги, до колена.
- Сапоги будут готовы к утру. Все остальное пришлю позднее. Или вам тоже нужны чертежи обуви? - Хитрый прищур ее не обманул.
- Естественно! А они есть?
- О! Обижаете, конечно! Предоставлю все в лучшем виде, к моменту окончания вашей дискуссии с Валентином!
- Итак, дорогой кутюрье, мы остановились на том, что вы свою работу будете выполнять с чувством! Помочь вам с расчетами чертежей? - Глаза Валентина стали больше!
- Вы знаете, то есть умеете чертить? Вы удивительная женщина…
Потом они спорили два часа! И она таки добилась всего, что наметила. Десяток платьев домашних теплых, десяток демисезонных, десяток летних. И парадно-выходных, самых дорогих. Какие-то с рюшами, какие-то с кружевами, расшитые вензелями. В общем, отрывалась как могла. Парадно-выходные, расшитые камнями, золотом и серебром. Все по высшему классу и по ее вкусу. Нижнего белья тридцать комплектов. Правда, пришлось надавить, что комплект - это три пары трусиков и бюстгальтер. Когда же она описывала ткань, из которой хочет белье, у Тори и Стефана задёргались глаза. Про верхнюю одежду она вообще молчит: дублёнка, две шубы, полушубок, манто, пальто, плащи разных видов и фасонов…
Все это время сапожник что-то чертил. И посмеивался в бороду, поглядывая в их сторону.
- Ну, господин Тэреник, ваши чертежи и наброски готовы? - Эльфы дружно издали вздох облегчения!
- Да, госпожа Вероника! Вот, посмотрите…
Она разглядывала наброски и схемы. И понимала, что вряд ли обует то, что нарисовано… Ну что ж, сам напросился! И тебя научим родину любить!
- Так не пойдет. В этих я сломаю ногу, в этих шею, это калоши - поочередно указывала на схемы.
- Вы поняли, схемы!!! Вау, теперь я понимаю господина! Вы действительно достойны…
- Я действительно достойна нормальной обуви. - И, взяв в руки карандаш, Вероника ещё пару часов спорила с мастером обуви. Заказав две пары сапог-ботфорт, валенки с калошами, три пары ботильонов, три пары туфель, и три пары домашних туфель, летних, зимних и демисезонных, рассказала, какие будут украшены камнями и расшиты, какие только украшены.
И с улыбкой оставила мастеровых осваивать новые знания. Удалившись в свои апартаменты, попросила Сцилу принести ужин в комнаты и занялась книгой. Теперь она стала ещё интереснее…
Как вы считаете, наша героиня правильно поступила, заказав на свой вкус ворох одежды и обуви? Может нужно было довериться проффесионалу? Как бы вы поступили на ее месте?
Глава 9. Знаний много не бывает
9.1
Вечер прошел замечательно: в книге Вероника почерпнула знания об эльфах и гномах. Оказалось, что частично в их легендах пишут правду. Например, ушки эльфов, действительно, заостренные. Но не так, как в земных фентези показывали. При не очень короткой стрижке у Валентина, например, не было заметно остроты ушек. Гномы склонны к искуству и творчеству. Но бывают и исключения. Они обожают торговаться. Есть, действительно, низкорослые, метр шестьдесят. Но основной рост их достигает метр семьдесят пяти. Волосы часто от светло-рыжего до темно-каштановых оттенков. Любят ремесленнические работы. Очень искусны в том, что делают. И те и другие возводят свою работу, практически, в культ. Поэтому и достигают таких высот.