3.2
Последние семь дней Димитриан не находил себе места. Метался из кафе домой и обратно. Гонял нечисть и там и тут.
Последний доклад о дочери тоже не порадовал. Малышка стала слабеть. Трудно магический фон поддерживать ребенку, если мама ушла в загробный мир.
- Элигор, может, ты меня порадуешь? - спросил мужчина у главного домового.
- Я что, на бабу похож радовать его, - пробурчал старый домой, разменявший уж три сотни лет. - Хозяин, может, тебе ребенка домой забрать? Да самому фон магический поддерживать?
- Тогда нужно няню искать, а я не хочу в доме видеть посторонних до годовщины…
- Так домовых ты видишь? - хитро прищурившись, спросил старичок.
- Домовихи работают в доме!
- Так и эта работать в доме будет, только с ребенком. Что-то ты, хозяин, нервный.
Али случилось чаво?
Димитриан молча щелкнул пальцами и ушел через портал в “Сумерки”, где, прежде
чем уйти в кабинет, успел потретировать весь персонал. А после призвать бесенка.
- Докладывай! - резко распорядился он и прошел за стол.
- Все так же, господин. В дом пройти не получается, - пыхтя, сказал бесенок, -
причины неизвестны. Защиту домового я вижу. Но даже подойти к ней не могу.
Что-то не пускает. Сейчас в доме праздник должен быть. Там гости собираются.
Но я и с ними не могу просочиться. Меня что-то мягко отодвигает.
- Мягко отодвигает? Ты серьёзно?
- Да, господин! Я ведь прям на ногу одному из гостей присел, тот ещё, надо
сказать, тип. А в один миг раз... как будто меня подняли и посадили в сугроб!
- Показывай!
3.3
Мужчина наблюдал за тем, как в доме веселятся.
- Иди, - коротко приказал, и бесенок потрусил к дому, что-то тихо бухтя себе под нос.
Подручный подбежал к дому, как вдруг во что-то уперся. Каждый раз когда он напирал на что-то невидимое, Димитриан чувствовал, как расходится волна силы. А за ней мерцала защита домового, да и дворового… Весь забор и дом были расписаны защитными и обережными знаками.
Интересненько, подумал мужчина. Но в этот момент возле забора материализовался дворовой, а через секунду и домовой. Наперебой что-то выговаривая подручному бесенку.
Секунда, шаг - и мужчина стоял возле нечисти.
- Может быть, вы мне расскажете, чем вы недовольны?
Два обалдевших мужичка стояли, задрав головы, вглядываясь в высокого темноволосого мужчину.
- Мы не можем пустить вашего подручного в дом. Наша работа защищать и охранять, вы же знаете…
- Знаю! - махнул рукой Димитриан.
В этот момент во дворе началась суета. Все смеялись, шутили, поджигали петарды. Фейерверки взмыли в небо и сложились в рунические знаки "дар" и "судьба".
"Чтож судьба так судьба!"- подумал мужчина, - "Пойдем!" - Резко развернувшись он ушел, а следом за ним нечисть разошлась. Каждый к себе.
3.4
Когда Вероника вышла на террасу к друзьям, увидела в небе яркие огни. Она любила Новый год! Ей казалось, что это волшебное время, когда множество дверей открыты во все миры! Стоит захотеть и… опхх! Ты уже в новом совершенно неизведанном тобой мире. Может быть, поэтому сегодня приоткрылся занавес над таинственным миром, где домовые, дворовые, банщики, феи и прочие существуют.
- Я замёрзла, пойду куртку возьму, - сказала женщина, заходя в свой дом. И в этот же момент произошло одновременно три вещи: первая - во всем районе выключился свет, вторая - очередной фейерверк создал в небе смайлик с рожками, третья - в доме, что-то упало.
- Дорогая, ты в порядке? Милая?
- Мам, ты где? Не молчи! - Через пятнадцать минут с фонариками были обследованы все комнаты и двор.
Вероника исчезла!!!
Глава 4. Новый дом
4.1
Очнуласьона резко, как от толчка! Так бывает, когда ты в дреме, а тебя будят.
Открыла глаза. Потолок как потолок, только высокий очень. "Я что, в обморок упала?".
Стала оглядываться, нет, точно не дома. И это точно не гостиница, и не дом знакомых. Тогда где же я? Села на большой двуспальной кровати, огляделась…
Комната большая даже по ее меркам, привыкшей к размерам современного частного домостроения. Тут тебе и спальня, и гостиная… В гостиной части трюмо с комодом, стул, два кресла и диван, между которыми расположился серо-голубой ковер. Надо отдать должное, вся мебель являлась одним гарнитуром. Работа искусного, но не известного резчика поражала. Сколько любви и терпеливого труда было вложено в этот ансамбль. Обивка в комнате была в синих тонах.