Огненно-красный конь бога Сульдэ пожирал наполовину замершие трупы. Субудай подал знак, нукеры преподнесли несколько еще тепленьких детских трупиков. Плотоядный конь с удовольствием зажевал их. Многие воины с ужасом и отвращением смотрели на ужасающую скотину. Адский скакун поперхнулся, череп застрял в горле. Зверь кашлянул, несколько костей вылетело из крокодильей пасти, поразив на смерть четырех нукеров.
-Это избранные! Проорал Субудай.
-Сам великий бог Сульдэ выбрал их любимыми бойцами в свою армию!
Приветственные возгласы, стали ответом на слова одноглазого барса. Пламенный конь, своим дыханием плавил сугроб.
-Вот так мы пожрем и другие города урусов. Какие вести принесли наши посланники из Суздаля.
-Боярин Киянка, обещал тепленьким сдать город.
Пробурчал Субудай, одноглазый барс простыл, его голос хрипел сильнее обычного.
-Его приспешники, правда, колеблются. Все бояться гнева Пантеры, эта дева еще более жестокая, чем Леопардов. Во время последнего посещения она приказала содрать живьем кожу, боярину Сидякову, уличенному в переписке с нами, и казнила более тридцати человек.
-Так мало!
Батый заржал, обнажив желтые зубы.
-Я вырежу весь этот град.
Субудай поморщился.
-Полагаю, не стоит терять наших воинов еще и под Суздалем. Наша цель град Владимир, и там у нам есть свои люди.
-Это не плохо. Но если честно, то те, кто нам служит за деньги подлая мразь. И если у нас агенты среди бойцов Белого легиона? Тот, кто помог бы нам изловить белых мангусов?
Впервые лицо Субудая озарила улыбка.
-Да есть! Существует такой агент, что уже давно работает на нас, сам того не подозревая.
Оскал у Субудая стал хищным.
-И скоро этим страшным демонам придет конец.
-Хотелось бы знать кто это?
-Чингиз-хан говорил: никогда не произноси тайное имя в слух, ибо даже в пламени костра может скрываться чужой взгляд, а стенах прятаться уши.
Крики и визг прервали разговор. Субудай выхватил ятаган с золотой рукоятью.
-Опять эти снежные скорпионы атакуют!
-Что-то расстроилось в магии шаманов, они снова научились пробивать нашу защиту.
Князь Глеб возник струйкой дыма, Он словно только что побывал геенне, от него исходил жар.
-Проклятый амулет не так сработал. Жжется гад.
Глеб повертел в руках оплавленный кружечек.
-Не умеешь, не берись!
Субудай презрительно зыркнул вперив очи в князя.
-Сам попробуй освоить магическое искусство. С неожиданной смелостью огрызнулся Глеб.
-Знай, с кем разговариваешь холоп! Рявкнул Субудай. Затем его голос смягчился.
-А как те две девушки Огневичка и Вешнявка? Продвинулись в магии? Это была моя идея учить урусов колдовству, что бы они убивали других урусов.
-Клин клином вышибают! Подхватил мысль князь Глеб.
-Вот именно!
Субудай грозно зыркнул. Батый оскалил рыло и подал знак.
-Я хочу, что бы они пришли в мой шатер и потанцевали.
Батый сладострастно облизнул пересохшие губы.
Баурши галопом побежал звать девушек.
Чем в это время занимались девушки? Огневичка раскатала на серебряном блюдечке наливное яблочко. Подобие магического телевизора должно было дать картинку того, чего она более всего хотела увидеть. А чего более всего хочет видеть мать - правильно своих детей. И блюдечко показывало картину.
Первыми поступили высокие каменные стены Царьграда - Константинополя. Затем последовал целая кавалькада внушительных и роскошных дворцов и зданий, самого великого города средневековья. Особенно ярко светились на солнце сотни золотых куполов православных церквей. Даже великий Киев не был столь великолепным как этот царь всех градов. Картина показывала прошлое, было лето и все цвело, пальмы, лианы, дубы, клены и серебряные ели все смешалось в диковинном городе. Порты Царьграда были переполнены судами, красочные корабли заполняли гавань. Некоторые из них были огромны, борта обшитые железом, с каждой стороны по сотне гребцов. Тяжелые воины им полукруглыми щитами торчали по бокам, на носу установленные катапульты и трубы для греческого огня. Военные корабли ромеев большие - дромоны, поменьше скендии прикрывал путь в гавань и первую очередь в пролив Босфор. В свое время первый великий князь Руси Олег приказал половине русского флота, из небольших ладей пристать к берегу и установить корабли на колеса. Обойдя по суше грозный византийский флот, русские воины под покровом ночи ударили с тыла. В ближнем бою, дромоны утратили преимущество, многие из них просто взяты на абордаж, не помог и легендарный греческий огонь, настолько стремительно сошлись в ближнем бою урусы. После кровавой баталии весь флот Византии погиб, Босфорские ворота пали, и чванливые византийцы были вынуждены согласиться на позорную капитуляцию, выплатив громадную дань. Тогда великий князь Вещий Олег и вывез трон византийского императора. Если бы не роковой укус индуской гадюки затаившейся в конском черепе, как знать не стал бы князь Олег русским Чингисханом. За два столетия сияние Византийской славы слегка потускнело, но град по-прежнему поражает. Особенно велик собор Святой Софии, настоящее чудо тогдашнего мира. Константинополь громадный полуостровом выдается в море. Высоченные белые стены с четырех и шестиугольными башнями, казалось, вырастают из скалистого гранитного берега. А Золотой рог украшен исполинским маяком, по ночам, сияющим как сорок лун и уносимой в высоту крепостью-дворцом. С левой стороны, на оконечности полуострова, над самым морем виднелись между стройных кипарисов многообразные ассамблеи дворцов императоров - Второго Рима, их украшали многочисленные фонтаны и статуи колоссальных размеров, особенно много позолоченных грифонов. Все это вилось причудливыми завитушками. Собор святой Софии казалось, висел в голубом небе, настолько необычной и легкой была его конструкция. И несколько рядов белых стен, по преданию римлян их помогали возводить Аполлон и Посейдон. Многие византийцы и теперь втихаря почитают древнейших античных богов. Сколько десятков, а может и сотен тысяч рабов, полегло на стройках, ведает только один Всевышний Господь. Подальше от дворцов город выглядел иначе, тоже каменный, но более серый, хотя и цветущий. Постройки словно подымаются по ступеням, все выше и выше. Они тянуться до самого горизонта, сливаясь с темно-васильковыми тучами. Здание верховного Суда напоминает золотой рог, увенчанный грозной львиной мордой. В этот час, когда солнце уже перемахнула зенит, и слегка ослабило свой жар, от бесчисленных кораблей приплывших со всего света, сбросивших якоря и отдыхающих в спокойных водах, не видно воды. Тут были суда, проделавшие долгий и трудный путь по Русскому морю - на них ехали купцы из государства Шахарменов, из Ширвана, Багдада, разоренного Хорезма, Кашкара и Китая и многих других стран. Были тут и из Индии, Аравии, Египта из Ганзы и Европы. На кораблях слышались различные голоса и многообразные языки. Заморские торговцы постоянно обменивались, покупали, продавали яростно торгуясь. За золотым Рогом бледнел Берег Перу, он напоминал слегка приукрашенный град Владимир. Местами высились церкви и башни, самая большая башня Христа зависала над морем. А вдалеке, в лучах солнца нежного голубели и отливали жемчугом горы.
-Красота! Какой восхитительный вид! Но я не хочу любоваться красотами Царьграда,
а хочу увидеть своих детей.
Блюдечко поменяло изображение, переместившись на невольничий торг. Место, отведенное под рабовладельческий базар, было обширным и огороженным железным забором. Тысячи невольников выведены на все общее обозрение. На торжище были представители всех народов от гиперборейских до южноафриканских. Тут продавали и китайцев и немцев и негров. В этом диком сборище Огневичка с трудом смогла рассмотреть своих детей. Их продавили вместе с еще полусотней многоликих огольцов, как мальчиков, так и девочек. Совсем голенькие и лишь коленки были смазаны мелом, они стояли на присыпанном желтом песком подиуме. Иногда их заставляли плясать, петь, подымать камни и вертеть палки. Она видела, растила их в прошлом, и с момента разлуки прошло всего пара месяцев. Ее дети три мальчика и две девочки были веселы и энергично исполняли русский народный танец. Они слегка подсохли и похудели, кожа покрылась хорошим коричневым загаром, но вид в целом был вполне здоровым и ухоженным - перед торгом кормили неплохо. Сытый товар лучше идет. Однако продать пленников ни как не удавалось. Некий купчина в богатом малиновом расшитом жемчугом халате придирчиво осматривал живой товар, заставлял открывать рот, щупал зубы.