— Кто здесь? Что вы здесь делаете?
— А ты не испугаешься? — в голосе незнакомца сквозила неприкрытая насмешка. Словно он знал, что она чувствует, видел насквозь.
Гордо вздёрнув подборок, Дейдра громко фыркнула. Её испугал ночной визит, но она не хотела показывать малосилие. На самом деле, девушка не выносила открытого проявления слабости, физической или эмоциональной. Раздался странный шипящий звук, от которого дрожь прошла по позвоночнику.
— Нет. Думаю, нет. Выходи! — в голосе было больше уверенности, чем в душе.
Странное существо, ростом с ребёнка, вышло из-за шторы, застыв перед Дейдрой. У него были спутанные каштановые волосы, ярко-голубые глаза, тёмно-коричневая, поношенная одежда. Несмотря на маленький рост, существо казалось старым, хотя его нельзя было назвать и страшным. Мудрёный многовековым опытом, странный на вид, однако, не такой уж и пугающий. Самым жутким для Дейдры было то, что это существо оказалось ночью в её комнате, хотя входная дверь и все окна закрыты. Девушка уже подумала было, что, может, всё это — всего лишь следствие разыгравшегося воображения и вновь воскресших воспоминаний о местных суевериях.
— Кто ты?
— Лишь дурак назовёт имя своё. Полные подлинные имена даруют власть над их носителями, дева, уясни этот урок. Но можешь звать меня Тонгом.
Дейдра часто заморгала, пытаясь отвести наваждение. Этот незнакомец был слишком странным, будто бы с другой планеты. Другая манера речи, непривычный акцент. Она могла бы подумать, что кто-то из местных детей надел маску, но голос был старческим, скрипящим. Поскольку существо всё ещё оставалось на месте, явно насмехаясь над ней, её неверием и невежеством, девушка усердно протёрла глаза кулаками.
— Что ты?
На этот раз существо широко улыбнулось, обнажив ряд жёлтых зубов.
— Брауни. Было время, давным-давно, тогда я жил здесь и помогал тамошним хозяевам. То было до того, как Бёрнсы предали волшебный народ. Пришлось вернуться из-за твоего приезда.
— Но вы не должны существовать. Волшебные существа — просто выдумка!
Существо снова рассмеялось лающим смехом. Это его Дейдра слышала уже дважды, днём.
— Выдумка! И кто это говорит! Разве ты — выдумка, девица? Пора снять с тебя чары гламура, тогда ты увидишь всё таким, какое оно есть на самом деле.
— Что это значит?
Карлик вновь рассмеялся, явно забавляясь ситуацией, и подошёл к девушке, протянув непропорционально большую руку, покрытую несколькими толстыми волосками. Его ладонь скрывалась за горсткой золотистой пыли, переливающейся в лунном свете. Тонг подул на волшебную пыль, после чего она облаком окружила Дейдру, оседая на её волосах, длинных ресницах и коже, вызывая лёгкую щекотку. Удивительная смесь аромата роз, тимьяна, сладкого клевера и полевых цветов окутала девушку, подобно мягкому пуховому одеялу. Она не сдержала заливистого смеха, впервые почувствовав неведанную доселе свободу, словно нечто важное высвободилось и выпорхнуло из её души, как бабочка.
— Что случилось? — спросила девушка, едва смогла успокоиться.
— А ты погляди на себя, дитя.
Дейдра встала с кровати и подошла к небольшому круглому зеркалу, даже в темноте заметив изменения. Её уши заострились и вытянулись, веснушки казались ярче, скулы сильнее выступали, кожа стала полупрозрачной, напоминая лунный свет, глаза засияли, словно изумруды, мерцая во тьме. И её собственное зрение изменилось. В один момент мир стал казаться ярче, чётче, даже в темноте, а слух обострился. Она услышала уханье совы, сидящей на дереве позади дома, слышала перешептывание листвы. В этот момент заяц бежал по лесу, скрываясь от лисы. Крылья пикси порхали над домом; крылатое существо следило и подслушивало. И Бёрнс почувствовала невообразимую тягу к дубу, на который столько раз взбиралась в детстве, играясь с невидимыми друзьями. Невозможно. Фейри не бывает. И она — всего лишь человек.
— Что ты со мной сделал?!
— Всего лишь освободил, даровал выбор. Ты подмёныш. Дейдра — не твоё подлинное имя. Твоя семья — всего лишь воспитатели, но знать об этом они не должны. Ты принадлежишь Благому двору, и пора тебе вернуться домой.
— Что, если я не захочу?
Однако отчего-то Дейдра сомневалась, что у неё есть выбор. Лучше бы оказалось, что она сошла с ума. Что все в Коллоне помешались, заразились массовой истерией. Тогда, возможно, их могли бы вылечить. Если же жители всегда были правы, и малый народец существует, реальна опасность, которую они представляют.
— Выбор есть, но до той поры, пока за тобой не явятся люди королевы. Можешь сама отправиться на поиски истинной себя иль остаться в этом мире, вернувшись в Дублин.