— Вам на самом деле понравилось, Кэти?
— Ужасно.
— Точно?
— Честное слово.
— Тогда скажите, что вам понравилось больше всего?
Она как раз прикрывала дверь, но тут замерла и внезапно посерьезнела, перебирая мысли. А потом очень просто ответила, повернув голову и не глядя на него:
— Быть с вами. — И сразу ушла.
Глава X
Следующие три дня, хотя и похолодало, погода оставалась ясной. Лучших условий и быть не могло для удовольствий и радостей, которые дарило продолжение осмотра достопримечательностей. Разнообразя свою программу с похвальным мастерством, Мори вывозил Кэти в Хофбург и Хофгартен, Музей истории искусств Вены, ратушу. Бельведер, парламент. Они пили чай в «Демеле», знаменитой венской кондитерской, прошлись по модным магазинам на торговой улице Грабен, посетили представление в Испанской школе верховой езды, которое, однако, явилось разочарованием, так как Кэти явно не понравилось, что прелестных белых лошадей вымуштровали, как в цирке, заставляя делать несвойственные им вещи, — хотя от комментариев она воздержалась. Он также сопровождал ее, когда она навещала четырех детей горничной Анны: детишки были построены в ряд, чтобы продемонстрировать обновки — теплую одежду и крепкие зимние башмаки, и это была, наверное, самая успешная экскурсия из всех. Мори переживал счастливейшие дни, как он себя уверял. Она привнесла в его жизнь радость и очарование, вернула ему бойкую юность. Чем больше времени он проводил с Кэти, тем больше убеждался, что не сможет без нее обойтись.
И все же порой она озадачивала его, даже вызывала странное беспокойство. Действительно ли ее развлекало все, что он ей демонстрировал? Сомневаться не приходилось: он десятки раз видел, как зажигались ее глаза, полные интереса и оживления. Однако бывали случаи, когда она, оставаясь очень внимательной, казалось, начинала нервничать. И потом она то приближалась к нему, то вдруг отстранялась. У нее была странная способность уходить в себя, а еще она удивляла его тем, что никогда не меняла свою точку зрения.
В одном из магазинов на улице Грабен он тщетно растратил всю свою утонченность и обаяние, пытаясь уговорить ее принять подарок — простенькое ожерелье, но зато с изумрудами, которым она невольно восхитилась, даже не представляя, сколько оно может стоить.
— Очень красивая вещь, — ответила она, покачав головой, — но не для меня.
И ничто не могло ее переубедить. Тем не менее он намеревался поступить по-своему, хотя она об этом пока не подозревала.
Больше всего его поразило то, что богатство значило для нее так мало. Она оказалась безучастной к роскоши отеля, а помпезные, изысканные трапезы просто приводили ее в смущение, он также чувствовал, что для нее предпочтительнее тесный арендованный автомобильчик тихому комфорту «роллса». И действительно, однажды, когда он намекнул на это обстоятельство, она неожиданно сказала:
— Но, Дэвид, за деньги ведь не купишь то, что действительно имеет значение.
Разочарованный и несколько раздосадованный такой явной недооценкой, он все же утешался мыслью, что в таком случае его полюбят или, как теперь он смел надеяться, уже любят ради него самого. А так как больше всего удовольствия ей доставляли самые простые вещи в жизни, он решил переключить ее внимание на Швейцарию и тихий покой, который она там найдет. Вена вовсе не была ошибкой; он не только узнал девушку лучше, но и добился прогресса, большого прогресса, за эти последние несколько дней. Определенно была достигнута некая степень интимности, между ними теперь пробегали искры. Пусть она сама пока этого не сознавала, зато он видел по тому, как она внезапно краснела, как загорались ее глаза при его появлении, что она уже миновала критическую точку. Он чувствовал это нутром. Видеть и понимать, что эта застенчивая, эмоциональная девушка постепенно поддается новому для себя чувству — любви, доставляло ему несказанное удовольствие.
В субботу утром, когда они закончили завтракать, он произнес как ни в чем не бывало, однако не без заботливости в голосе:
— Мне начинает казаться, что мы исчерпали возможности этого города на какое-то время. Не хотелось бы вам уехать завтра в Шванзее? Если такой холод продолжится, то у нас в горах определенно выпадет снег, а это зрелище вам никак нельзя пропустить.
Та теплота, с которой она ответила, мгновенно подтвердила, что интуиция его не подвела.
— Конечно, хотелось бы… то есть… если это не нарушит ваших планов. Я действительно очень люблю деревню. Но это не значит, — поспешила она добавить, — что мне не нравится быть здесь.