Но, хотя перемирие и было нарушено, оно не переросло напрямую в войну. В конце концов, Салах всё ещё был связан конфликтом с Нунгом и Такде, а зима к тому же сильно затрудняла им любые попытки нападения на Новую Фрику. В этом мире было обычным делом, что война объявлялась, но реальные боевые действия начинались лишь спустя некоторое время, а у некоторых человеческих наций даже существовали правила ведения боя, которым следовали правители, иначе они рисковали получить проклятые титулы, впав в немилость у человеческих богов войны.
Гая, по-видимому, был одним из таких богов, которые требовали соблюдения определённых правил ведения боя: битвы должны были проходить на открытых полях, каждая битва начиналась с атаки во главе с командиром, за конфликтом должна стоять чётко публично объявленная причина войны, и перед каждой крупной войной должна быть совершена молитва.
Как ни странно, несмотря на кажущуюся строгость, Гая, будучи богом, довольно прямо участвовал в крупных конфликтах, часто даруя командирам огромные дары. Говорили, что если герои — самые могущественные люди в мире — потерпят неудачу, то для защиты мира обратятся к командирам Гаи, хотя на самом деле разрыв в их силе всё ещё был огромен. Боги в этом мире взаимодействовали с ним несколькими способами, в основном через дары, и существовали правила, касающиеся таких даров, которым следовали все боги, даже тёмные боги, обитающие в этом мире.
Частично я узнал об этом от Алексис, потому что одним из её первых действий, когда она попала в этот мир, было выяснение, как вернуться обратно, поэтому она с головой ушла в книги о богах, магии и всём таком. Но, конечно, существовали ограничения на возвращение, и одним из таких ограничений, установленных многоголовой гидрой, что наблюдала за Землёй, было то, что души должны возвращаться чистыми. Проще говоря, они возвращались без своих сил или воспоминаний, хотя могли всё ещё видеть сны, напоминающие им о прошлых жизнях.
Итак вернёмся к войне. Новые Фрики, конечно, были раздосадованы таким развитием событий, но, зная, что столкновения с Салахом не произойдут в ближайшее время, они решили укрепиться, чтобы подготовиться к грядущему конфликту. Несмотря на холодные зимы, население Новой Фрики теперь составляло внушительные тридцать пять тысяч человек, и они могли выставить на поле боя около тринадцати тысяч бойцов, что было вполне приличной силой.
Салах мог бы легко отправить пятьдесят тысяч, а возможно, даже сто тысяч, но это было гораздо более крупное государство с большим количеством конкурирующих приоритетов, включая их текущую войну с Нунгом и Такде. Так что, если только Салах действительно не спровоцирует их, они, возможно, позволят этому небольшому конфликту продлиться ещё немного.
Ивон, однако, всё ещё пыталась избежать войны, поэтому её переговорщики вместо этого сосредоточились на том, кто был истинным виновником Кровавой Метели, что всё чаще указывало на действия террористической группы, которая проникла в высшее военное руководство всех трёх наций, чтобы совершить столь масштабное жертвоприношение.
Короче говоря, даже если они и найдут, кто за этим стоял, новые факты всё равно указывали на то, что все три нации причастны к кровавой метели, и ни одна из них не захочет себя компрометировать в связи с заклинанием, так что война просто продолжится.
Так что очень жаль.
На этой неделе, по просьбе Лозанны, я превратил одно из больших дочерних деревьев в тренировочную комнату. Погода на улице была уже слишком холодной для боевых тренировок, поэтому их занятия по фехтованию переместились в помещение.
Ей скоро должно было исполниться восемь, и, несмотря на отсутствие у неё особых талантов ранее, она как-то умудрилась освоиться. Возможно, благодаря сочетанию Репетитора снов и Силовой прокачки, она приобрела достаточно навыков владения мечом, чтобы проводить простые спарринги с Юрой.
Она также начала набирать уровни. Казалось, существовал какой-то барьер, не дающий очень маленьким детям набирать уровни, но этот барьер был непостоянным и варьировался у разных рас. Из любопытства я отправил её в одну из биолабораторий, просто чтобы проверить её. У меня раньше была теория, что родник маленьких детей — то, что связывало их тело с душой и наоборот — ещё не был полностью зрелым, поэтому человек не мог набирать уровни. До этого у меня даже не было оценки предполагаемого ранга души Лозанны, но теперь я её получил.
Моя интуиция оказалась верна. Действительно, её родник, фонтан, производящий ману, теперь имел устойчивую форму. Это породило множество вопросов, например: что именно влияет на размер и форму этого фонтана? У меня также было несколько мыслей по этому поводу — одна заключалась в том, одинаковы ли все души, но существует нечто иное, что служит связующим звеном между душой и телом, и это затем влияет на полный потенциал человека; или, если души различаются, то должен существовать способ манипулировать и изменять их качества.