Дендролог по имени Жига.
— Э-э Зачем совет прислал вас? — Юра выглядел немного озадаченным.
— Я здесь, чтобы помочь Духу Дерева почувствовать себя лучше, разумеется! — Жига улыбнулся. Он был стариком, но движения его были полны юношеской энергии. Он пришёл с сумкой инструментов: маленькими ножницами, небольшими лопатками и несколькими склянками с землёй.
— Э-э Боюсь, после недавнего инцидента Дух Дерева не очень расположен встречаться с новыми людьми.
— Нет-нет-нет, прекрасно понимаю. Я останусь в городе и позабочусь о здешних деревьях. — Дендролог остался в городе, под пристальным присмотром Айви. Город был открыт для посетителей, ведь это было мирное время, и пока он соблюдал правила, мог оставаться в городе.
У Юры было много времени на размышления. Когда я предложил удалить некоторые из его навыков, особенно те, что достались ему со времён юности и могли больше не понадобиться, ему потребовалось время, чтобы обдумать это.
Его уровни и навыки, опыт деревенского жителя и бойца — некоторые из них хранили определённые воспоминания и могли спасти ему жизнь в далёком прошлом. Некоторые навыки решали исход между победой и смертью, и хотя сейчас они казались слабыми, они имели особое значение.
— Я не уверен, хочу ли я удалять свои навыки Поселенца. У меня в них, кажется пятнадцать уровней. — Общий уровень Юры был восемьдесят, и он состоял из шестидесяти уровней в Полководце, что было комбинацией сорока уровней в Бою и двадцати уровней в Дипломатии и Администрировании. — А что, если бы их можно было объединить с Полководцем? Может быть, я стану Деревенским Полководцем?
Хмм
Если бы такое слияние было возможно, это улучшило бы организацию и представление его источника души, но я не был уверен, высвободит ли это жизненную силу для поддержки новых навыков и уровней.
Существовал ли способ присвоить потребление/истощение жизненной силы навыкам и уровням, потому что, возможно, некоторые навыки расходовали больше жизненной силы, чем другие? Я предполагал, что эти навыки имели слотовую ценность.
— А что, если когда-нибудь мне снова понадобятся эти навыки поселенца? Когда я состарюсь и не смогу больше сражаться? — Разве это не очень далёкое будущее?
— Э-э
— Ты сказал, что я не смогу переучиться этим навыкам?
— Нет, я имею в виду, что не могу использовать на тебе Семена навыков, но, полагаю, ты мог бы освоить их самостоятельно заново?
Юра помолчал и отпил свой имбирный чай. — Хмм. Думаю, я в порядке. Три-Три Я ценю, что ты пытаешься помочь мне преодолеть восьмидесятый уровень, но Я думаю, я ценю свои текущие навыки, они имеют для меня значение, и я не готов от них отказываться.
В глубине души мне хотелось вздохнуть. Я полагал, что навыки были подобны шрамам; они отмечали определённые моменты в жизни человека. Юра знал, что значит быть выше уровнем. Это означало, что он мог сражаться с более сильными монстрами, делать больше, но он в какой-то мере решил, что есть определённые вещи, на которые он не пойдёт ради достижения этого.
— Я могу это уважать, но если ты когда-нибудь передумаешь
Юра кивнул. — Я думаю, вместо этого, может быть, вернёмся к основам и, э-э выясним, как восстановить мою руку?
Он согнул свою деревянную руку. Она была создана с помощью его ментальной связи с Бамбуком, его эйдолоном/фамильяром. Это было замечательно с тех пор, как Бамбук получил навык Расширенное Я, который своего рода функционировал как силовая броня, и из-за того, как часто Юра ею пользовался, это было словно снова иметь настоящую руку.
Проблема с утраченными конечностями заключалась в том, что сама душа теряла чертёж и память о конечности. По сути, когда исцеляющая магия пыталась исцелить тело человека, она обращалась к чертежу души. Этот чертёж затем использовался в качестве основы для восстановления тела.
Когда конечность была отсечена, существовал критический период, в течение которого конечность должна была быть исцелена. После этого душа теряла чертёж, относящийся к этой конечности, и тогда исцеление конечности становилось невозможным, и оставался лишь культя.
В мои ранние дни у меня не было Кузницы Душ, когда я увидел Юру; он уже потерял руку. У меня не было никакой способности исцелить утраченную руку.
Но я изменился, и изменение его души для воссоздания чертежа было, безусловно, чем-то, что я теперь был готов попробовать.
По крайней мере, мне сначала нужно было провести несколько экспериментов.
Животные.
Если все души реинкарнировались, иногда как животные, вероятно, не следовало бы мне этого делать. Эти бедные животные могли бы быть мной в моей следующей жизни.