Мало того, от идеи отправить в этот мир Прабу и Колетт, двух архимагов, вероятно, придётся отказаться. По сути, это означало бы отправить их туда, где они были наименее приспособлены для боя. Мне не нравились такие шансы, поэтому я не стал бы ими рисковать.
Если мои предчувствия были верны, нам нужна была физическая сила, усиленная навыками, чтобы победить этих демонов. Идя дальше, если король демонов по сути был антимагическим или сверхустойчивым типом короля демонов, это означало, что магия в целом будет в значительной степени бесполезна.
Если так, нужны ли нам герои типа варваров/гладиаторов?
В любом случае, мы протестировали антимагические свойства против пустотной и звёздной маны и заметили, что они тоже рассеивались, но с меньшей скоростью. Это была хорошая новость, поскольку, хорошо, герои, вероятно, не будут совсем бесполезны, просто будут сражаться с гандикапом. Они были чуть более эффективны со звёздной маной, чем с пустотной, но лишь совсем немного.
Солнце клонилось к закату. В этом антимагическом мире демонов не было лун, только звёзды. Небо было невероятно чистым, безоблачным, насколько хватало глаз.
Затем мы почувствовали, как загрохотали пески. Демоны появились из песков, когда на пустыню опустилась тьма. Первое, что мы увидели, были их тускло светящиеся красные глаза.
Эдна вздохнула. — Посмотрим, насколько они сильны. —
Люмуф пожал плечами. — Эон, почему бы не обратить кого-нибудь из них? —
Это была хорошая идея. Нам пришлось использовать некоторые навыки, чтобы видеть их в темноте, но эти песчаные демоны не двигались очень быстро. Люмуф, находясь в режиме аватара, распространил наши корни повсюду, и с каждым таким распространением я чувствовал, как немного больше маны вытягивается из меня. Тем не менее, у меня было производство маны целого континента, так что это было не так уж плохо.
Затем ящеры выплюнули кислоту, и я почувствовал, как эта кислота вытягивает ману из воздуха.
Кислота ударилась о наши деревянные щиты, и хотя её кислотные свойства не пробили щиты, сама кислота, казалось, поглощала магию из всего, с чем соприкасалась. Было странно видеть, как щит рассыпается, потому что его магические энергии были высосаны из него.
К счастью, у нас было несколько слоёв щитов, и на этот раз мы направили в них немного больше маны. Кислота теперь не проникала сквозь них, но сражение в этом мире было бы очень обременительным с магической точки зрения.
Мои корни немедленно схватили одного из ящеров-демонов, и я заметил, что он был исключительно крепок в верхней половине, но довольно мягок в нижней. Обычному бойцу было бы трудно добраться до мягкой части.
Я непрерывно закачивал ману в ящера. Твёрдая чешуя ящера начала светиться, затем он взорвался. Он поглотил гораздо больше маны, чем я ожидал.
Моя первая попытка захвата провалилась.
Эдна заметила нечто странное, переключаясь между своими различными типами щитов. — Магические щиты бесполезны, но щиты, усиленные навыками, работают прекрасно. Чем больше маны вкладывается в щит, тем сильнее, кажется, реагируют на него их кислоты. Простой стальной щит, усиленный навыком, не требующим маны, смог бы заблокировать её без проблем. —
Это было странно. По правде говоря, границы между навыком и заклинанием были очень ну, несуществующими. Были заклинания, которые также являлись навыками, и наоборот. Существовали навыки, создававшие эффекты, подобные заклинаниям, например, были Огненные Шары, генерируемые чисто за счёт навыка, и Огненные Шары из маны.
Были навыки, использующие ману, и заклинания, которые не использовали ману, а вместо этого использовали окружающую ману. Это была спорная тема.
— Пока мы не используем ману, её естественные свойства на это не реагируют, — сказала Эдна, ловко прорубаясь сквозь ящера-демона. Ей приходилось сражаться как бойцу ближнего боя и использовать копья, чтобы поднимать ящеров вверх, обнажая их мягкие, уязвимые брюшки.
Для нас это было не самое худшее совпадение, поскольку Эдна больше полагалась на навыки, и у нас была возможность создавать больше предметов, не использующих ману. Однако героические предметы героев, по сути, были созданы с использованием маны и показывали бы более слабую производительность.
Я обвил свои лианы вокруг другого песчаного ящера и снова закачал в него ману, на этот раз не так много, и вонзил свои корни в его мягкое брюхо, пытаясь найти его ядро или сердце, если таковое имелось.
Песок и земля задрожали. Небо, казалось, резко изменилось.
Мои лианы проникли внутрь тела. Там было что-то вроде демонического ядра, камень, по сути, и он был сделан из тех же пород, что и этот мир. Мои корни прокрались и схватили его. Затем я закачал ману через свои корни и попытался взять ящера под контроль. Ящер сопротивлялся, и он был физически очень силён. Демоническая мана камня сопротивлялась моей мане, и я чувствовал, что половина моей маны тратится впустую на поглощающие ману вещества, из которых состояла большая часть его тела.