—А сюда ты меня тоже не случайно привел?
—Да. Только сюда, если помнишь, ты пришла сама. Меня Лоуб вообще пускать не хотел. Это я его потом разжалобил. Чтобы смотреть, что они с тобой делать будут.
—Ну.
—Что ну? — не понял ее Мухомор.
—Ну, и что высмотрел?
—Ничего. Ты просто в Сеть ходила. Сломала вчера все в Лоубовом виртуале. По-моему, он даже испугался немного. А что там было?
—Да так, ничего, — уклончиво ответила Настя.
В голове вертелось два вопроса: зачем она Лоубу и, как выясняется, Чипу и как ей теперь отсюда выбраться. — А что старый жиртрест от меня хочет? Ты не понял?
—Нет. Но не уверен, что это понравится тебе. Помнишь разговор о работоспособных хакерах?
—Да. — Настя живо представила себе, как ее мозги медленно поджариваются, покрываясь хрустящей золотистой корочкой. Бред какой-то. Не хватало еще подумать, что Лоуб ее мозги есть станет.
—Думаю, ты ему нужна, чтобы достать что-то. И насчет твоих мозгов он церемониться не станет. Неспроста же он до сих пор в работоспособном состоянии.
—Да уж понятно — что. По-моему, всему миру сдался этот мифический файл Мацушиты! Дернул же меня черт…
—Почему же — мифический?
—Ну, может, и не мифический. Только я про него ничего не знаю. — Внутри неприятно заскребло подозрение. — А ты, часом, не для того ли пришел, чтоб про файл выведать? Ничего так и не узнали, решили в доверие тебя мне втереть? Не выйдет! Не знаю я про этот треклятый файл ничего! Не знаю, понимаешь!
На глаза опять навернулись слезы. Настя свернулась калачиком в постели и тихо заскулила, вытирая кулаком катящиеся по щекам соленые капли. Как же ей все это надоело! Все эти файлы, эта Сеть с ее ловушками и вечным двойным, тройным и так далее смыслом. Надоело, что все от нее чего-то хотят. Только она уже ничего не хочет. Ничего, только спокойствия. Уж лучше бы ее мозги сгорели в той ловушке в «Мацушите». Только не помнила она ничего. Что там было? Что же? Какой-то ангел… бред.
Настя совершенно отчетливо понимала, что это бред, что быть этого не может. Но уверенность росла с каждой секундой. Тот парень, что окликнул ее в толпе на Мэйн-стрит. Невысокий, с прической ежиком и усталыми глазами. Нет, ошибки быть не могло. Это был именно он — тот самый ангел, что спас ее из ловушки. Но тогда получается…
Тогда получалось, что он самый настоящий хакер. Ловушек «Мацушиты» вроде бы боялся сам Лоуб. Потому что тогда он полез бы за файлом сам. Уж очень этот файл всем нужен. Что же в нем такое? Что же к нему всех так тянет?
Деньги? Нет, денег у того же Лоуба хоть отбавляй, из-за денег ему рисковать незачем. Тогда что? Что-то, что не купишь за деньги. Это уж точно. Только что? Настя упорно перебирала в уме варианты, со скрипом разгрызая ноготь на большом пальце. Слезы больше не капали из ее глаз. Но ни одного удобоваримого варианта так и не появилось.
Но какое отношение ко всей этой истории имеет парень из Сети? Тоже охотится за файлом? Что он хочет от нее, для чего он ее отыскал? И самое главное — как? Совершенно точно, его нужно будет найти. Но вести себя с ним осторожно. Больше никому нельзя доверять.
—Что они ищут в Сети? — спросила она у Мухомора.
—Да не знаю я!
—Скажи, а ты зачем мне вообще все это рассказал?
—Не знаю, — ответил Мухомор, — надоело все. Врать тебе надоело. Я же вижу, что ничем хорошим это для тебя не кончится. Не могу я так.
—Пожалел, значит.
—Наверное, — парень немного смутился. Похоже, он вспомнил прошлую ночь и тут же сменил тему. — Я думаю, тебе уходить отсюда надо. Потом отсидеться где-нибудь. Думаю, долго они тебя искать не будут — Лоуб явно спешит. Что-то там их со сроками поджимает.
—Ну уж нет, — скорее самой себе, чем Мухомору, сказала Настя, — теперь я из принципа узнаю, чего все так вокруг «Мацушиты» последнюю неделю вьются. Помирать, так с музыкой! Завтра уходим. Вернее — я ухожу.
—Меня не берешь?
—Ты же засланный оказался, — усмехнувшись, сказала Настя. — А как отсюда выйти?
—Я так понимаю, через ту дверь, через которую мы входили. Только там охрана. Я проверял. Не думаю, что тебя выпустят.
—Охрана большая?
—Трое. И замок серьезный. Но замок я открою, — сказал Мухомор, постучав указательным пальцем себя по лбу, — а вот охрана — проблема посерьезней.
—Ладно. Завтра думать будем. Сейчас я уже думать не могу. Давай поспим хоть пару часов.
—Хорошо. Тогда я пошел к себе.
—Ага. Иди. Мне сейчас лучше одной побыть.
—Я понимаю, — сказал Мухомор, — ты мне теперь не доверяешь. Это нормально. Но знай, я все равно тебе помогу.