— Давай, запевай нашу, родимую, — подхватил другой матрос, и вскоре мелодия заполнила джунгли:
«Жил Черный Джек, и его паруса,
Были грозой семи морей…»
Песню перебивали звуки дикой природы; в унисон с их голосами перебегали через вьюги лианы, вскидывались кверху яркие цветы, словно танцуя под ритмы их слов. В этот момент даже жуткие предупреждения на деревьях — «бегите», «город проклят», «Это ваш последний путь» — казались чем-то далеким и незначительным.
Но стремление к сокровищам давало силы. С юных лет они мечтали о приключениях, говорили о чести и славе; не могли позволить себе отступить, променять легенду на страх. И за этим стояла жажда, которая, кажется, единственная двигала в их сердцах.
— В репетицию нам добавили немного фольклора, — прокомментировал один матрос, указывая на то, как их начальный ритм перерос в нечто большее. Все они знали: когда улучшается настроение, даже дьявол не сможет их остановить.
Смех и песни заполнили пространство, а потом неожиданно — тишина. Деревья будто замерли, животные утихли, даже ветер, казалось, отклонялся от их пути.
— Что там? — шепотом произнес Один из матросов, его глаза округлились от неожиданной тишины, как будто в воздухе зависла тень чего-то гнетущего.
— Алькор! — воскликнул Доолан. — Где он?
И тут, как зловещий ответ, из темноты леса раздался тихий шорох. Владимир, один из старших матросов, с тревогой обернулся, готовясь к неизвестности.
— Быстро! Проверить! — скомандовал Богумир, и команда двинулась вперед.
Следование по тропам, ранее проложенным Алькором, стало настоящим испытанием: каждая лиана представлялась ловушкой, каждое шуршание — предвестником беды.
Внезапно они вышли в небольшую поляну, и там, среди высоких пальм и густого кустарника, стояло нечто странное: каменные останки зданий, поросших мхом, как память о былом. Это были столбы — остатки неведомого города. Камни покрывали иероглифы, все больше сосредотачиваясь на одном узоре, который интуитивно вызывал у всех легкий трепет.
— Ал’Оран, — прошептал Ролан, опустив руку на старый камень, его прикосновение будто вызвало волны воспоминаний.
— Это наш шанс! — воскликнул Скарлет, встряхнув своим раненым пальцем.
Но тут из-за древних стен, словно призрак, вышла колоссальная фигура, костяная и покрытая корой, — старейшина этого затерянного места. Его глаза горели, как угли в огне, и нежно светились, придавая ему ауру таинственности.
— Вы пришли в Проклятый город? — его голос звучал, как гром, но, несмотря на это, в нем была сила заклинания.
По мере того как команда собиралась вокруг него, в их сердцах нарастал страх. Страх на стыке с величием.
— Ваши намерения недобры, — усмехнулся старейшина, и в его улыбке заплетались теневые зловещие слова. — Но здесь, среди следов легенд, вы найдете не только золото, но и то, что забыто праотцами.
Тишина вновь окутала лес, а сердца всех матросов замерли в ожидании, что же именно предложит им легенда…
Часть 5. Флотилия четырех капитанов. Часть 2.
Старейшина медленно обвел руками поляну, указывая на каменные останки. Его голос звучал словно эхо из глубин веков.
— Здесь покоится нечто большее, чем лишь богатства, — произнес он. — Здесь запечатлены воспоминания о тех, кто попытался завладеть могуществом, но заплатил высокую цену. Сокровища ждут не каждого. Тот, кто захочет их взять, должен будет отдать что-то взамен.
Матросы обменялись тревожными взглядами; жажда приключений соперничала с инстинктом самосохранения. В их сердце закралаcь мысль — стоят ли сокровища таких жертв?
— Мы готовы рискнуть, — смело заявил Богумир, хотя его голос дрожал. Остальные согласились, сильнее охваченные магией места, чем страхом.
Старейшина кивнул, и в его глазах вспыхнул огонь.
— Тогда искайте, но помните: каждое слово, каждый шаг станет проверкой вашей души. Лишь храбрые и истинные могут пройти через это испытание и вернуться, не потеряв самих себя.
Матросы стали осторожно пробираться по останкам древнего храма, обвешанные тяжелыми мешками и полными надеждами сердцами. Каждый камень, каждая трещина в земле говорили о далеких временах, когда здесь царили могущественные вожди, и мечи их сверкали под солнечными лучами. Но сейчас поляну окутывал лишь туман, и время, похоже, остановилось.
Богумир пошел первым, его шаги звучали глухо, словно он нарушал вековой покой. Внезапно его нога задела что-то жесткое. Он наклонился и, приподняв белоснежный камень, обнажил небольшой медальон, украшенный таинственными символами. Приглядевшись, он заметил, что эти знаки были как бы знаком предупреждения.