— Осторожно! — крикнул он, но было слишком поздно. Внезапно запахло прелостью и старыми жертвами. Старая легенда ожила, и в темных тенях, казалось, начали ворочаться призраки прошлых искателей богатств. Теперь они были здесь, все глаза устремлены на смельчаков, требуя ответа — готовы ли те уплатить необходимую цену за свои желания.
Остальные матросы, застигнутые врасплох появлением призраков, задрожали, но не отступили. Чувство предвкушения и страха слилось воедино, создавая в воздухе напряжение, словно натянутую струну. Одним движением Богумир проворно спрятал медальон в карман, и их путешествие продолжилось сквозь туманный, призрачный лес.
С каждым шагом каменные обломки становились все более ясными, как будто сами древние стены восставали, чтобы рассказать свою историю. Богумир и его товарищи понимали: каждый символ, каждая резьба несли в себе скрытые значения и предупреждения. Они старались не стряхнуть с себя магические чары древнего места, боясь спровоцировать большее зло.
На протяжении скрипучих шагов по траве и камням они слышали шепот старых жертв, приманивающий и пугающий одновременно. Впереди показывался центральный зал храма, его обломки складывались в неудобопроизносимые формы. Богумир напряженно смотрел на разрушенные ворота, за которыми мрачно таился последний испытательный рубеж их ирискованного пути.
Когда они приблизились к входу, туман расступился, открывая величественную фреску на стене. Она изображала битву между смелыми героями и неописуемыми чудовищами. Это была сцена последней великой битвы, той самой, которая изменила ход истории задолго до их рождения. Матросы поняли: впереди лежала не просто тропа к богатствам, а путь, приведший к самопознанию и исполнению долга перед древними духами.
Богумир сделал жест, словно призывал тишину, и их группа остановилась перед фреской. Они все провели несколько бесценных мгновений, погруженных в созерцание нарисованных событий, пытаясь угадать судьбы запечатленных на камне героев. Было видно, что каждый в тишине задавался вопросами о собственной судьбе, о том, что ожидает их дальше. Лес, который окружал их, казалось, тоже вглядывался в этот чудовищный спектакль, разделяя их напряжение.
Тишина нарушилась, когда один из матросов заметил древние письмена, выгравированные внизу фрески. Они были покрыты мхом и временем, но Богумир, обладая знаниями старинных языков, приступил к их расшифровке. Каждый символ, каждое слово медленно складывались в предсказание, предвещающее невиданные испытания и необычайные награды для тех, кто сможет преодолеть финальные преграды. Их воля и решимость подвергнутся суровым испытаниям, и лишь те, кто устоит, смогут достичь желаемого.
Продвигаясь к зловещим воротам, Богумир почувствовал легкое мерцание амулета в своем кармане. Это было напоминанием о мудрости и силе, которые они несли с собой. С каждым шагом их окружал холод, словно сама природа пыталась их оттолкнуть. Призрачные тени раньше расступились, но теперь сгущались вновь, обволакивая каждую фигуру в их малочисленной группе. Здесь, в темном сердце храма, пропасть между настоящим и прошлым становилась особенно ощутимой.
Когда они подошли ближе к воротам, Богумир поднял руку, показывая товарищам остановиться. Время пришло: нужно было принять решение — идти ли дальше и подвергнуться опасности или вернуться назад, оставив этот путь навсегда в забытьи. Товарищи посмотрели друг на друга, их взгляды переполнились решимостью и общим ощущением неизбежности. Никто из них не хотел покидать место, которое уже успело стать частью их судьбы. С тяжелым вздохом Богумир сделал первый шаг вперед, и древние ворота с грохотом начали открываться, впуская их в непознанный, но заманчивый мир сокрытых тайн и чудесных испытаний.
Впереди открылся мрачный коридор, освещенный лишь тусклым светом, исходящим из невидимых источников. Воздух наполнился странным ароматом древности и магии. Шаги группы, хотя и были осторожными, гулко разносились вдоль стен, отражаясь эхом, словно призывая тени прошлого. Каждое мгновение казалось вечностью, и телесные очертания друзей становились призрачными силуэтами в этом таинственном пространстве.
Их глаза вскоре привыкли к полумраку, и стены начали проявлять новые детали: причудливые узоры, магические символы и публикации изображений мирных и не столь мирных существ, навеянных легендами. Богумир, как главный в этой экспедиции, чувствовал ответственность за своих товарищей. Он постоянно возвращался мыслями к пророчеству на фреске, пытаясь понять, какие именно испытания и награды их ожидают впереди. Его сердце колотилось в неистовом ритме, но внутренний огонь веры и решимости продолжал гореть.