Его мысли сконцентрировались на задаче: как привнести хотя бы часть тех современных технологий в суровые будни военного времени? Он понимал, что ему придётся не просто дорабатывать конструкции, а полностью пересмотреть их подход. Всё, что у него было, — это найденные трофеи, радиопередатчики, профессиональные фотокамеры. Казалось, из этого нельзя создать ничего, что даже приблизилось бы к тому, что он видел в своей прежней жизни.
Но Громов не терял уверенности. В голове складывался новый план. Он знал, что начнёт с малого: попробует соединить найденную оптику с простейшими передатчиками. Если получится передать хотя бы размытое изображение, это будет уже прорыв. Сначала не чётко, потом лучше. Маленькими шагами, как он делал и раньше.
Алексей нарисовал в блокноте ещё один набросок: камера с импровизированным креплением, маленький трофейный передатчик, усилитель сигнала из радиодеталей, найденных на разбитой машине. Рядом он записал: «Вывести изображение на приёмник, частота 31,5 МГц. Проверить дальность. Проверить устойчивость».
Он прищурился и провёл пальцем по линии. Это было начало. Не готовое решение, не схема из современных учебников, а просто идея. Но именно так он привык работать. Воплощать в реальность то, что сначала казалось невозможным.
За дверью мастерской послышались шаги. Вошёл сержант Дурнев, его верный помощник, с очередным ящиком деталей.
— Ну что, Алексей Андреевич, что на этот раз мастерим? — спросил он, глядя на бумаги.
Громов усмехнулся, но взгляд его оставался сосредоточенным:
— Дурнев, мы сейчас не просто летаем. Теперь будем смотреть, куда летим.
*****
Инженер понимал, что путь к созданию системы видеонаблюдения будет долог. У него не было современной оптики, стабильных источников питания, подходящих приёмников. Однако он помнил: история знает примеры, когда из малого рождалось великое.
Он не хотел повторять опыт с фотокамерами. Слишком долгий процесс проявки плёнки не годился для задачи, которая требовала мгновенной передачи информации. Вместо этого Громов решил обратиться к идеям из прошлого. Он вспомнил про диск Нипкова — простейшее механическое устройство, которое использовалось в ранних экспериментах с передачей изображения.
На первом этапе он попытался воссоздать этот принцип с минимальным набором инструментов. Из обломков немецкой радиостанции он достал старые радиолампы, использовал металлический лист, который аккуратно вырезал и просверлил в виде диска с отверстиями. Каждое отверстие должно было сканировать отдельную строку изображения. При вращении диск теоретически мог разложить изображение на несколько строк, которые затем можно было передать по радиоканалу.
— Если хотя бы размытые контуры появятся на приёмнике, это уже успех, — сказал Громов, проверяя крепления.
Работа шла медленно. Диск нужно было закрепить так, чтобы он вращался с равномерной скоростью. Для этого Алексей соорудил простейший привод на основе найденного в мастерской старого моторчика. Вращающийся диск соединялся с приёмником, а рядом стоял трофейный коротковолновый передатчик, чтобы отправить сигнал.
Первые тесты оказались провальными. Сигнал был нестабильным, изображение отсутствовало, а лампы перегревались. Дурнев, наблюдавший за процессом, сказал:
— Алексей Андреевич, может, проще вернуться к старому методу?
— Нет, — ответил Громов твёрдо. — Нам нужен прорыв. Нужен способ видеть, что происходит пока дрон в небе.
Он продолжил работать. Теперь он изменил конструкцию: добавил дополнительные элементы для стабилизации напряжения, перенастроил частоты, чтобы добиться лучшей синхронизации между диском и передатчиком. В это время Новиков, молодой солдат, принёс ещё несколько радиодеталей, которые он нашёл на складе.
— Тут целая коробка с лампами и катушками, — сообщил он.
Громов, взглянув на содержимое, заметил пару мощных ламп, которые могли заменить перегревающиеся компоненты.
— Отлично, Новиков. Это то, что нужно. Сейчас попробуем их вставить, — ответил он.
С каждым днём конструкция становилась всё сложнее. Громов и его помощники добавляли новые детали, усиливали соединения, изменяли настройки. Однажды ночью, когда все уже устали, Громов предложил сделать ещё одну проверку. Он настроил частоты, включил питание, и моторчик медленно раскрутил диск. На приёмнике появился слабый, едва различимый контур — как тень какого-то предмета.