Накатили по первой и Хаски спросил:
– Ты знаешь, что Эльза была любовницей Политова?
– Нет, ерунда, – возразил я бойцу, – ты ошибаешься. Граф бы не стал с ней ничего мутить.
– Стал бы, – возразил он, – сначала у него была подруга-мимик. А потом Эльза. А потом вот уже года два никого.
– Мимик? Ты серьезно? – вот это оборот. Я, и правда, не зря решил выпить водки с другом: он мне всё про их муадокийский сериал и расскажет.
– Ну да! Квад Кондрата нашел мимика несколько лет назад, девушка сдалась без боя, оказалась старшим офицером. Многое рассказала про модули инопланетного корабля, и мы смогли найти немало полезного. Дронов масса была, вот только так ни один и не полетел. У них с Ипполитом, это позывной Политова, на почве совместной работы случился роман. Два месяца они наслаждались, мимик жила в бункере у графа.
– Может, просто жила? Как у меня Эльза живет.
– Мне показалось, что Эльза с тобой будет спать, она на тебя так смотрит.
– А Бурый? А то, что козлом обозвала? – указал я Хаски на нестыковки его версии.
– Да с Бурым она никогда не будет! Алкаши не её формат, – засмеялся он, – её на благородных да на офицеров тянет. Ну а «козлом» она всех обзывает! Это у неё фигура речи. Если хер есть в штанах, значит, по умолчанию «козел». Мальчик только родился и сразу становится «козлом» в её глазах.
Мы заржали, Хаски вспомнил сержанта Васю, у которого фигура речи была «на хер». И изъяснялся он примерно так: «Идем, нахер, с базы в квадрат, нахер, семь. Там остановка, нахер, потом, нахер, вокруг того хера, идем, нахер, к этому херу, нахер! Вопросы, нахер, есть?». Мы поржали. Представили, что было бы, если бы так приказы формулировал Фокус. Опять поржали.
– А что потом было с Политовым? – мне снова стала интересна история про Эльзу.
– Потом мимика увезли в столицу или штаб армии, я точно не знаю, – Хаски задумался, видимо, вспоминая, – граф несколько недель погрустил и забрал из госпиталя Эльзу Кирсанову. Она загремела сюда по статье, убила генерала какого-то. Ее разжаловали из полковников и отправили в штрафбат сержантом. В первый же день зэки устроили ей «темную» – мешок на голову, сильно избили и изнасиловали. Она попала в госпиталь, а оттуда её к себе взял граф. Его она потом предала. И он её выставил за дверь. В чем предала, я не в курсе.
– А что с насильниками? Трибунал?
– Хуже. У нас не заморачиваются с этим, – отмахнулся Хаски, – «Рассвет» нашел всех, даже потратили три сыворотки правды, чтобы выбить показания, впоследствии заколебались эту химию списывать. А дальше мы с Фокусом скинули уродов в грот фикусов, что в Зоопарке.
– Что за фикусы такие?
– Такие большие растения, усиками жертву притягивают, прорастают в неё и жрут полгода, мучения страшные. Вот так за Эльзу отмстили. А штрафников никто и не хватился, хотя один из них на воле даже подполковником служил.
– Дак получается, Эльзу свои же вояки чуть не убили?
– Ну да, сюда же нормальных не присылают, все преступники с большими сроками заключения – от десяти лет и больше, – Хаски махнул рукой в сторону базы штрафников, – там по ночам копец, что творится. У блатных еще хоть какой-то порядок, а вояки всё власть делят. Самые опасные и непредсказуемые – они. Ты бы тоже Бурому-то не хамил, он как-никак бывший офицер, может банду против тебя собрать…
– Хаски, расскажи, что случилось, когда я отключился? – попросил я, чтобы сменить тему, алкаша Бурого я нисколько не боялся.
– Сдохнуть я планировал, когда увидел, что нападающий на тебя наемник в броне мимиков. Кинулся к тебе, думал, отвлеку его, чтобы ты сбежал, – начал он, хлопнув водки прямо из бутылки, – а там как рвануло…
– Как ты узнал, что он в инопланетной броне? – удивился я.
– Мы видели такую у Ветра, это крутой боец с республиканской базы. Когда случился его замес с британцами, Камчатка принял решение помогать ему. Нас в тот день послали на Нижний рынок взять языка. Мы предполагали, там всего пара квадов странных личностей, которые воруют какие-то ресурсы. Нам сильно повезло, что подошел Ветер с отрядом республиканских войск и спровоцировал атаку на себя. Иначе три десятка британского спецназа нас бы положили в гробы с гарантией…
– Что за Ветер такой? – я решил узнать мнение обо мне, сложившееся с этой стороны фронта.
– Настоящий русский офицер, – восхищенно произнес Хаски, – слабоумие и отвага. Он, скорее всего, Ястреб Республики. Увел основной отряд, оставил засадный квад в удобном месте, а сам пошел в одну харю на бритов. Не зассал! Прикинь! Мы потом его действия на трех «разборах полетов» обсуждали, беспилотник Камчатки все заснял. Валил он их четко! Нечеловеческое чутье, точные выверенные движения, чувство расстояния и пространства, понимание психологии… Представляешь, оскорбил их перед взрывом ракеты, чтобы из укрытий повыскакивали под осколки и взрывную волну.