Я показал ей удостоверение Анатолия Пасса как научного сотрудника центра «Радиант» и военный билет сержанта отряда специального назначения «Рассвет», отличника службы с указанием разряда – «золотая единичка».
– Второй гораздо лучше, – женщина внимательно изучила ксивы, – уважения к нам будет больше. У меня из документов только карточка штрафника. Её лучше не светить. При проверке скажешь, что я твоя любовница и ты едешь в увольнительную. Простым воякам будет пофиг, а военной полиции дашь на лапу пару бутылок водки или еще что-нибудь.
– Штрафникам же нельзя покидать базу? – засомневался я. – Не лучше ли тебе гражданской прикинуться? Может, на Вязовой паспорт раздобудем?
– А лицо мне новое тоже раздобудем? – нервно захихикала Эльза. – Патруль сделает фото, пробьет по базе и вылезет, что я штрафничка с поддельными документами. В этом случае начнутся проблемы.
– К базе доступ только у полиции? Или у военного патруля тоже?
– У всех кому не лень, – она махнула рукой по кругу, – ложь сразу поймут. Уж лучше моя версия: сержант «Рассвета» с милой шлюшкой. Все знают, что в спецвойсках большинство бойцов – благородные. Не полезут на тебя простые ребята, никто проблем на жопу не захочет. С «золотой единичкой» им будет страшно связываться.
Моя подруга достала зеркальце и придирчиво осмотрела себя.
– Старовата Эльзочка для любовницы, – с сожалением произнесла она, – но на передовой других нет…
– Зато попа хорошая, – сказал я, чтобы поддержать её. Прозвучало глупо, но она обрадовалась.
– Нравится мой попец? – она игриво повела бедрами.
– Ну, не то, чтобы сильно, – я даже стушевался, – так вполне себе… нормальная такая…
Эльза расстроилась из-за моих скромных оценок.
– Отличная жопа! – выпалил я, чтобы дама не раскисла. Она заулыбалась и убежала в соседний отсек. Я решил, что поспешила осмотреть свои достоинства в спокойной обстановке.
Переночевали хорошо, в корабельных каютах с душем и туалетом. Своей спутнице я оставил автомат «Натиск». Если бы хотела убить, то могла бы застрелить, пока я был в отключке из-за грибов. Оружие ей уверенности добавит – не будет бояться каждого шороха.
За завтраком она осторожно поинтересовалась, что мне привиделось во вчерашнем кошмаре, но я, естественно, вопрос проигнорировал. И она больше не делала попыток поговорить.
Весь день мы шли, Эльза постоянно находилась под воздействием обезболивающего, так как нога у неё еще болела. Под вечер, чтобы успеть добраться до полуночи, пришлось опять взять её на руки. Было видно, что она удивилась моей силе и выносливости, но не стала ничего выяснять. Я и на простые-то вопросы не всегда отвечаю, а тут явно большая тайна.
Станция Вязовая оказалась военным поселком: полсотни казарм, множество складских построек и ангаров с техникой, комендатура, вокзал, гостиница и аэродром. Все это живописно разместилось между двумя хребтами, на склонах которых виднелись объекты ПВО. Поздним вечером поселок выглядел пустым и безлюдным – ни машин, ни людей.
Мы заселились в гостиницу – взяли номер с двухспальной кроватью, чтобы соблюсти нашу легенду.
– Ты спи на кровати, я – на диване, – заявила Эльза, осмотрев полулюкс.
– Нет, – я возразил, – ты на кровати, а я на диване. Я же мужчина, моя постель там, где можно коврик постелить…
– Ты – главный, значит, и постель – твоя, – уперлась женщина.
Некоторое время мы пререкались, а потом решили спать в кровати вместе, у нас же легенда! Сержант с шалавой. По-другому никак.
Уже в кровати Эльза надавала мне по рукам, которые, конечно же, сами полезли к ней. Еле уснули, переругиваясь, а утром проснулись в обнимочку. Она еще и ноги на меня закинула!
Ну, Караганда! На завтраке в ресторане гостиницы к нам подошел патруль. Я специально надел китель со знаками отличия, а полевую форменную куртку убрал в хранилище. Молодой лейтенант выслушал нашу легенду и отозвал меня в сторону.
– Слушай, «Рассвет», – он был добродушным и рассудительным, – вас же в Тобольск с такой историей не пустят! Вы блокпост не пройдете, на «губу» отправитесь… Вместо пары дней с дамой – неделька с клопами.
– Это почему?
– Увольнительной нет, стало быть, самоволка. Если так, то свяжутся с частью. Там ответят не сразу. Канитель на неделю.
– А ты в курсе, как этого избежать? – я понял, что лейтенант хочет подзаработать. – Можешь помочь?
– Ты Камчатку знаешь? – ответил он вопросом на вопрос.
– Да, я с его квадом на задания хожу. У меня друг – Хаски.
На лице офицера возникла искренняя улыбка, он взглянул на меня другими глазами.