– Вот знаешь, Ветер, зачем разработали «Соколова»? – спросил он меня, так как я представился настоящим именем. Мне кажется, авторитеты такую откровенность оценили. Или, может быть, Игорь Усольцев объяснил им, что со мною можно разговаривать доверительно.
– Мне известно, что для войны с мимиками.
– Это неправда, – дед покачал головой, – он был разработан против бронекостюмов американской и британской армий задолго до прилета пришельцев. Во время войны его использовали против мимиков, так как плазма, в которую переходит уран из пули, успешно просаживала защиту энергетической брони. После нескольких десятков попаданий инопланетная броня переставала действовать, и мимика удавалось убить. Конечно, при этом погибало множество человеческих стрелков, это был крайне неэффективный метод боя, но он работал! После войны производство этих автоматов свернули, объяснив, что они свою работу сделали.
– Мне так и говорили, – я достал свой экземпляр, разрядил и передал деду, – смотри, какой старый. Боюсь заклинит в самый неподходящий момент.
– Старье, – кивнул Полярник, рассматривая моего «Соколова», – я вот об этом и толкую. Автоматов таких нет, а вот бронекостюмы у британцев остались. И ковырять их из «Натиска» вы долго будете, про АРК я даже не говорю. У нас нет оружия, чтобы воевать с британцами. Плазменные ножи не в счет, их мало, да и это оружие ближнего боя.
– Может, на секретных складах есть аналоги «Соколова» или даже новые разработки, – предположил я.
– Может, и есть, – дед не спорил, а постучал по магазину, – а вот патронов с урановым сердечником нет. Все производственные линии остановлены. Это я точно знаю, потому что искал партию таких патронов за очень большие деньги. Еле-еле смог найти. Осознал всю тяжесть сложившейся ситуации. А какая страна продолжает производство урановых боеприпасов?
– Британия? – я вспомнил свой «Мэррит» с бронебойными пулями.
– Да, британцы их делают для нужд армии. Немного попадает в открытую продажу, – Полярник ушел в рассуждения, и я не сразу вник, к чему он клонит. – В стрелковом бою с Первой и Второй британскими штурмовыми бригадами у наших войск нет шансов победить. Враг будет пробивать костюмы штурмовиков, а мы их броню прожигать не сможем.
– Что ты предлагаешь? Начать производство патронов?
– Нет, не потянем, – покачал головой дед, – это пусть Великий князь думает, как он воевать собирается. Я хочу лично тебе предложить два десятка «Соколовых» и сорок тысяч бронебойных патронов.
– Интересно! – я пристально посмотрел на деда. – Два миллиона рублей?
– Восемь! – он покачал головой. – Этот товар нигде не достать. А у меня в заводской упаковке, новые стволы! Да еще я всё правильно хранил.
– Три миллиона! И ни копейки больше! Кризис на дворе.
– Меньше, чем за семь, не отдам. Инфляция-то какая.
– Пять, – вывел я среднее арифметическое, – и некоторая услуга.
– Какая услуга может стоить два миллиона? – удивился он.
– Полная зарядка двух устройств, сам понимаешь, каких, – я увидел, что попал в самое яблочко.
– Пять миллионов и зарядка двух любых устройств, – дед покачивал головой, и в его глазах я увидел уважение, – ты солидный партнер. Но не рекомендую распространяться об этом. Красных грачей убили из-за этой тайны.
– Расскажи мне то, чего я не знаю, – попросил я Полярника, – про смерть Павла и самоубийство Милены Усольцевой.
– Нет, – покачал он головой, – это тебя не касается. Централ сам решит проблему. И сам отомстит.
– Зарядка еще одного устройства за внятный рассказ, – мне почему-то в тот момент показалось важным знать все обстоятельства трагедии.
Полярник мялся недолго, я видел, что его очень заинтересовала эта возможность, он даже попытался выторговать еще две зарядки. Но я уверил, что дальнейший торг возможен, если его информация окажется для меня полезной. Он согласился и рассказал…
История меня потрясла своей жестокостью. А также дала пищу для размышлений. Несмотря на то, что британцы как-то устройства заряжают, они активно ищут возможность наладить работу зарядной станции. Это очень странно.
Дед рассказал, что несколько лет назад Милана познакомилась с Павлом, которого считали Посланником Вавилона. Прямых доказательств не было, но подозрения у лидеров Централа сформировались четкие: физические данные не соответствуют мышечной массе, а знания выходили за рамки человеческой науки.